Итоги первого года СВО: о роли фактора неопределённости
Напомню, в день начала специальной военной операции на Украине, 24 февраля 2022 года, президент России Владимир Путин назвал её целью «демилитаризацию и денацификацию» Украины, а также защиту мирного населения Донбасса от «геноцида». Дмитрий Песков, объясняя, что подразумевается под денацификацией, заявлял о необходимости «освободить Украину и зачистить её от пронацистски настроенных людей». Он также указывал на необходимость «нейтрализации военного потенциала» Украины, который за последнее время «изрядно» подрос.
25 января 2023 года, выступая перед студентами, В. Путин обозначил целями СВО защиту людей и самой России от угроз, которые пытаются создать на прилегающих исторических российских территориях: «Цель, как я уже много раз говорил, защита людей, прежде всего, защита самой России от тех угроз, которые пытаются создать на прилегающих к нам наших же исторических территориях».
Если говорить о том, удалось ли достичь поставленных почти год назад целей, то можно сказать, что частично удалось. Луганская и Донецкая республики, в результате референдумов, стали частью России. Кроме того, в состав России вошли Запорожская и Херсонская области в тех своих частях, которые были освобождены и находятся под контролем российской армии. То есть, пункт защиты мирного населения Донбасса, а кроме него Запорожской и Херсонской областей на 90% выполнен.
Можно сказать, что отодвиганием потенциальной линии боевого столкновения с НАТО частично реализован и пункт о защите самой России от тех угроз, которые пытаются создать на прилегающих к нам наших же исторических территориях. Насколько это важно мы видим там, где мы пока не смогли этого сделать – оттуда постоянно идут обстрелы приграничной российской территории. Поэтому несомненно, что и в Харьковской и Сумской области фронт надо отодвигать на Запад.
Вместе с тем, по главным пунктам СВО – демилитаризации и денацификации Украины – объём работ предстоит ещё очень большой. Да, с одной стороны, мы в течение года успешно демилитаризировали военный потенциал Украины, который зиждился ещё на советском вооружении. Однако массированные поставки вооружения и техники пошли с Запада.
Началось всё с касок и бронежилетов, а сейчас на Украину готовятся поставки БМП и танков. Конечно, нет никаких сомнений, что всё это будет утилизировано нашими доблестными бойцами на ЛБС, но почему мы не можем сделать так, чтобы эта техника вообще не доехала до линии фронта? То есть демилитаризация Украины ещё далека от завершения.
По вопросу денацификации у нас такая же картина. Киевский режим нисколько не думает отказываться от своей бандеровской и нацистской идеологии. И если вначале СВО лидеры укрохунты немного труханули и побежали из столицы, то потом почему-то вернулись, освоились и стали регулярно принимать западные делегации. И даже периодически заявляют об условиях, на которых они будут вести переговоры. Очевидно, что раз их голосок прорезался, значит, такое их поведение является следствием недоработок с нашей стороны.
Есть и некоторые другие проявления фактора неопределённости. Так, непонятно сейчас – мы воюем всё-таки за освобождение всей Украины, до границы с НАТО или нам достаточно четырёх областей? В Киеве будет российская власть, то есть это будет российская губерния, или, судя по активности медведчуков, мы готовы пойти на то, что проект Украина в каком-то виде останется жив?
Хочется надеяться, что эти проявления фактора неопределённости являются следствием роста сложности и числа тех проблем, которые мы решаем в ходе СВО. Поэтому Москва двигает сразу несколько сценариев развития событий, ежедневно оценивая, какой из них может дать более быстрый и качественный результат, исходя из национально-государственных интересов.
Несомненно, это сложно, и сложность этого процесса очень хорошо заметна в информационном сопровождении СВО, которое, несомненно, надо усиливать. Ну, о важности создания Совинформбюро писать не буду, так как этому уже было посвящено достаточно много текстов коллег.
