Хроническая болезнь БПЛА
На ЛБС СВО обнажились системные, хронические российские болезни, во всей красе проявившиеся и в войне БПЛА:
Даниил Безсонов бьет в колокол: Стоит обратить внимание на нехватку качественных FPV-дронов у наших подразделений на фронте. До конца лета нам удалось догнать и на некоторых участках фронта обогнать противника по количеству качественных FPV-дронов. Сейчас, судя по всему, противник снова нас обходит. Как сообщают бойцы, с нашей стороны стало появляться много некачественных FPV-дронов.
Андрей Медведев уточняет: По количеству дронов у нас с хохлами примерно одинаково, а по качеству они делают нас, к сожалению. Выяснилось, что массовое производство не всегда хорошо. Есть удачная модель дрона. Противник наловчился ей противодействовать. Мы продолжаем массово производить ту же самую модель, не внося изменения. Нахерачили кучу антенн на одной частоте, а хохлы её прекрасно научились глушить. Они адаптируются под направление работы. Грубо говоря, мы начинаем их глушить — они через день меняют тип дрона, другая частота. Противник весьма гибок в подходах, все время улучшает работу РЭБ, улучшает и сами дроны и ретрансляторы. А что у нас?
Разработчик БПЛА: В связи с меньшим количеством дронов, хохлы давят на качество и избирательность поражения. У нас проблемы с согласованностью… У нас со связью как в 41м: в лучшем случае — зоопарк раций, у всех разные. Свой же дрон начинают сбивать.
Противник у России серьезный. А.Медведев: Просто представьте, если НАТО начнёт поставлять для ВСУ ежемесячно тысяч эдак сто дронов. Что тогда? Секретарь СНБО Украины Данилов уже гордо заявляет: Украина находится в первой тройке мира по производству БПЛА. Конкуренция идет по всем направлениям, и без гибкости и новационности побеждать можно только очень большой кровью (или сводить дело просто к ничье).
Итак, главная болезнь России — чрезмерный бюрократизм, в современной войне не дает возможности побеждать качеством, а количеством не получается. Более гибкая, согласованная, распределенная система управления ВСУ, на базе натовских алгоритмов, разведки и унифицированной связи, и в войне БПЛА дает ВСУ преимущество, не смотря на лучший РЭБ и количественное, в дронах, индустриальное превосходство над ВСУ. Но — не в адаптивности, слаженности и гибкости, которые господствуют в постиндустриальной современности.
К сожалению, можно нарастить производство и использование того или иного вооружения (например дронов камиказе). Но усовершенствовать главное, «сразу всё» — саму систему управления армией, вооружением, оказывается задачей невыполнимой. По крайней мере на ходу, в ходе интенсивных военных действий.
Болен, стар весь организм, а не какой-то его отдельный орган. И вот в одном ключевом органе, в самой продвинутой сфере современной войны — войне БПЛА, эта болезнь бюрократизма, в случае затягивания военных действий, может превратиться из хронической в неизлечимую. Особенно если продолжать отказываться её признавать, отказываться с ней системно бороться.
@vizioner_rf
