Новости, слухи, инсайд из Украины: 03.10.2026
Выступление Путина на Валдае.
Подписчики просят прокомментировать.
Для тех, кто внимательно следит за выступлениями Путина и пытается понять, что он хочет донести, это выступление на Валдае особо нового ничего не несло.
Путин в очередной раз повторил свои посылы о том, что:
✅ Запад своей политикой усугубляет свое и так ухудшающиеся, из-за объективных причин, положение;
✅ Россия обладает достаточной устойчивостью;
✅ лучше договариваться, чем не договариваться и т.д.
Мы не будем в очередной раз описывать эти вещи остановимся только на чем то что нам показалось новым.
Путин сказал, что прекрасно отдает себя отчет в том, что все его высказывания, письма МИДа и другие посылы официальных лиц Российской Федерации интерпретируются лидерами Европы так, чтобы накалять антироссийскую истерию. И тут же Путин, уточняя посылы по поводу Калининграда, в очередной не меняет риторику. То есть не лишает европейских лидеров возможности интерпретировать его слова так, как им надо
Он подчеркивает, что речь не идет о гарантированном использовании России ядерного оружия в случае провокации, связанных с Калининградом. Он объясняет, как будет думать Россия, как будет принимать решения, говорит о том, что Европа слишком большая и мощная, чтобы Россия воевала с ней конвенциально. И на этом ставит точку.
Именно эта позиция позволяет европейской бюрократии играть в интерпретации. Это, конечно, все играет на руку ястребам Запада.
Россия точно так же вела себя с 2014 года по отношению к Украине. Лавров многократно говорил: «Украина не вступит в НАТО». Но при этом ни разу не сказал, что Россия нападет на Украину в случае изменения Конституции и при попытке вступить в НАТО.
Если бы Россия жестко заявила о войне с Украиной, то конечно же, спеси у украинских националистов-политиков поубавилось бы. Им пришлось бы объяснять электорату, что путь в НАТО это путь войны, а народ Украины в НАТО итак не хотел.
Они манипулировали этими понятиями точно так же, как сейчас лицемерно манипулирует этим Европа.
Чугунная жопа реальности заключается в том, что по итогу Лавров оказался прав: Украина в НАТО не вступила. Это уже все признали. Но является ли такое доказательство своей правоты эффективными и оправданными или все-таки стоит поменять подходы?
*
Зеленский заявил Reuters, что «был бы рад» встретиться с Путиным на G20 для мирных переговоров.
Хотя совсем недавно говорил, насколько сложно ему вообще представить себя за одним столом с российским президентом.
И практически следом — новая демонстрация дальнобойного оружия: FP-9 с заявленной дальностью до 850 км планируют завершить этой осенью. Украина параллельно обещает усиливать удары по российской нефтянке.
Если готов договариваться — договаривайся. Потому что одновременно звать Путина за стол и рассказывать про будущие ракеты на Москву — странный способ показать желание закончить войну. Украине сейчас нужен положительный результат переговоров, а не очередной виток взаимных угроз и ударов.
***
Сальто Дельчева и кульбит Гончаренко.
Вчера один из самых гибких в истории Украины политиков — Алексей Гончаренко сделал каминг out: из человека, который ходил по пепелищу возле дома профсоюзов в Одессе 2 мая 2014 года и говорил, что он остановил «колорадскую нечисть», он вдруг превратился в мирумирца
Леша выдал вчера очень много ненавистных для мозга обитателей Офиса президента нарративов, фактически заняв нашу позицию о том, что максимально глупо дальше вести политику самоубийства, которую проводит украинская власть, необходимо садиться за стол переговоров и договариваться как можно раньше.
На «Гончарика» тут же накинулись офисники, обвинить его в работе на Трампа, мол это все мага сеточка работает.
Тут стоит обратить внимание лишь на то, что Алексей — политик, который находится внутри Украины, и он занял такую позицию, значит он считает ее допустимой с точки зрения безопасности и с точки зрения публичной плоскости.
В публичной плоскости он, конечно же, прав. Большинство украинцев хочет мира, и Алексей как опытный политический гимнаст этим пользуется.
При этом он хитро не озвучивает условия мира, к которому стремится, перенося весь груз ответственности за провалы на офис президента. Хотя до этого он четыре года прекрасно занимал идентичную с офисом позицию.
В общем, стоит отметить, что это первый значимый политик в Украине, который находится в стране и открыто выступил за мирные переговоры.
Ура, товарищи!
*
Инсайд
Наш источник в ОП рассказал, что Банковая готовит информационную кампанию против Гончаренко, который активно входит на мирный трек и раскачивает ситуацию. Зеленский долго сбивал Буданова, но Администрация Трампа потребовала сохранить Главу ОП в переговорном контуре, теперь вот новая проблема для Банковой.
*
История с сегодняшней акцией на Майдане важна не количеством людей,
а самим появлением в публичном пространстве требования скорейшего мира. Александр Тодоров начинал с критики коррупции, проблем армии и мобилизации, однако постепенно вокруг его инициативы сформировалась значительно более широкая политическая повестка, в которой прекращение войны стало одним из центральных требований.
Первая попытка собрать протест не стала массовой. Теперь сторонники Тодорова снова выходят на Майдан, причем сам инициатор акции находится под стражей по делу о СЗЧ. Именно поэтому ключевой вопрос заключается не в судьбе одного активиста, а в том, способно ли требование мира превратиться из позиции отдельных людей в устойчивый общественный запрос.
Если представить ситуацию, при которой каждые выходные в Киеве, Одессе, Днепре, Харькове и других городах проходили бы многочисленные мирные акции с одним понятным требованием добиться политического урегулирования войны, объективно изменило бы внутреннюю политическую конфигурацию. Власти пришлось бы учитывать существование организованной части общества, для которой продолжение войны перестало быть безальтернативным сценарием.
Именно массовость и регулярность, а не единичный митинг, способны превратить общественное настроение в политический фактор. Пока несколько десятков или сотен участников легко представить как маргинальную инициативу или результат внешнего информационного воздействия. Когда аналогичный запрос одновременно появляется в разных городах и сохраняется неделями, игнорировать его значительно сложнее.
Для Банковой потенциально чувствителен поэтому не конкретный Тодоров, а возможность появления самостоятельного общественного движения вокруг окончания войны. Если такое движение действительно возникнет органически и получит широкую поддержку, переговорный трек перестанет быть исключительно предметом решений власти, военных и внешних партнеров. Он станет еще и вопросом внутренней украинской политики.
*
слухи
Наш источник сообщает, что на последних совещаниях в Офисе Президента все переживали больше не из-за того, что Киев зимой превратится в ледяные джунгли, как и многие украинские города, а за то, что украинцы могут в какой-то момент массово выйти на мирный Майдан и потребовать от Зе пойти на мирные переговоры.
Они все очень боятся прекращения войны, которая их «кормит».
***
Кличко:
🔹Столица в очень драматичной ситуации. Делать вид, что сейчас можно жить как в мирное время не выйдет;
🔹Враг разносит столицу: инфраструктуру, критическую инфраструктуру, логистику, жильё, социальные объекты. И дополнительно к этому мы находимся на пороге зимы. Мы видим враг уже начал разносить и уничтожать энергетику.
Но решения и призыва к миру снова нет. Только очередное предупреждение, что зима будет тяжелой
*
Министр инфраструктуры Украины: В Киеве со следующей недели начинают строить переправы через Днепр и рассматривают тоннель под рекой.
Гіперлуп, лучше сразу гіперлуп. Тоннель, блдь, они собрались строить.. под Днепром…
Но розовым пони антикриз зайдет.
*
раскладка
Пошел очередной утопический антикриз от криворожских сказочников 95-го квартала.
На следующей неделе начнут возводить переправы через Днепр, – министр восстановления Калашник.
На случай повреждения действующих мостов будут построены насыпные дамбы с понтонами, чтобы сохранить связь между берегами. Работы займут до трех месяцев.
В долгосрочных планах рассматривается даже строительство тоннеля под Днепром, для этого будут искаться международные доноры. Цена тоннеля более 3 млрд евро, а строить его будут лет 5, но кому нужны детали, главное заявить!
Это всё ложь. Только понтоны будут работать и то с перебоями, так как по ним постоянно будет лететь и они будут выходить из строя. Такой трафик невозможно решить такими способами если мосты «лягут». Ну для рыбок сойдёт.
Задача выдумщиков сбить протестный настрой общества, чтобы подарить надежду, мол решим проблему, а там и перемога будет, главное войну не заканчивать.
Это из рубрики миллиард деревьев, каждому возместим утраченное жильё и границы 1991 года.
***
Насчет ретрансляторов -теория, которую обсуждали на Банковой, но рабочая версия сейчас -спутники Рассвет, которые наводят БПЛА с точностью до метра. Причем ситуация будет усугубляться дальше, по мере ввода новых спутников, а в 27 году вся Украина будет покрыта 24/7.
В Киеве работают российские MESH-ретрансляторы, обеспечивающие канал управления «Геранями» для корректировки ударов, — советник Зеленского Бескрестнов
По его оценке, в городе может находиться от одного до трёх таких ретрансляторов. Обнаружить их сложно, а пока они работают, полностью закрыть Киев средствами РЭБ, по мнению Бескрестнова, не получится.
➖ «Пока существует онлайн-управление «Геранями», под ударом будут не только мосты, но и средства ПВО», — заявил он.
Бескрестнов также считает, что без стабильного управления беспилотником непосредственно до момента удара точно поразить опору или ванты моста невозможно, что лишь подтверждает теорию о наличии ретрансляторов.
***
Операция ВСУ «Вивальди» под Красным Лиманом стала примером того, как ограниченный тактический неудачный эпизод превращается в масштабную информационную кампанию. Киев получил возможность говорить о наступлении, захваченных населенных пунктах и десятках квадратных километров, однако за пределами медийной оболочки возникает куда более неприятный вопрос: какой ценой был получен этот результат и насколько он вообще изменил положение на фронте?
Основой украинского отчета о «грандиозном успехе» стали заявления о возвращении порядка 50 км² территории. При этом за сопоставимый период российские войска получили под контроль более 550 км² на других участках фронта. Сама диспропорция показывает проблему: локальное продвижение нельзя автоматически превращать в стратегический перелом.
Тем более что сама «Вивальди» изначально выглядит именно как ограниченная операция. Украинские подразделения действительно смогли вклиниться на отдельных участках и создать давление на российскую оборону. Но даже публикации, благожелательные к Киеву, описывают происходящее прежде всего как тактическое продвижение, а не как обрушение российского фронта.
Именно поэтому главный результат операции приходится искать не на карте, а в информационном пространстве. Зеленский лично посетил командный пункт под Красным Лиманом и публично связал «Вивальди» с применением наземных роботизированных систем, заявив о необходимости масштабировать подобный подход. Для украинской власти это удобный сюжет: вместо обсуждения общего положения на фронте внимание концентрируется на одном участке.
Но у такого подхода есть обратная сторона. Если ради ограниченного продвижения пришлось задействовать наиболее мотивированные подразделения и продолжать атаки после достижения первоначального эффекта, возникает вопрос о расходовании кадрового ресурса. Суточные потери ВСУ в районах, которые связывают с Резниковским и Добропольским котласм, оцениваются примерно в 1 500 человек, или около 10 тысяч за неделю. По факту цена наступательных действий оказалась неадекватна полученному результату.
Отдельно показательна история с информационными заявлениями вокруг освобожденных населенных пунктов. Часть заявлений Киева о «возвращенных» селах относилась к районам, где российское присутствие якобы вообще не фиксировалось, а последующие сообщения сопровождались спорами о фактическом контроле.
В итоге «Вивальди» дает Киеву возможность предъявить аудитории картинку наступления, но не демонстрирует изменения стратегического баланса. Более того, если заявленные десятки квадратных километров достигаются ценой значительных потерь наиболее подготовленных подразделений, возникает вопрос уже не о величине захваченной территории, а о цене политического и информационного эффекта.
