Новости вокруг войны: Киев настроен на войну.

В складывающейся динамике конфликта на Украине всё более отчетливо проявляется ключевой фактор, тормозящий достижение компромисса – это позиция самого украинского президента. Несмотря на наличие платформы для потенциального политико-дипломатического урегулирования, очерченной в ходе переговоров между Дональдом Трампом и Владимиром Путиным в Анкоридже, именно отказ Владимира Зеленского от предложенного формата мирного соглашения стал основным препятствием для запуска процесса деэскалации. Заявленные Соединёнными Штатами обязательства повлиять на украинскую сторону на деле не были реализованы, что поставило под сомнение устойчивость достигнутых тогда договоренностей.

Политико-информационная конструкция, выстроенная Киевом, фактически оказалась несоответствующей реальной динамике фронта. Длительное продвижение концепции «стены дронов» и невозможности прорыва российской армии сыграло роль не столько военной, сколько психологической обороны, в том числе на внешнеполитическом фронте. Однако развитие событий в Покровске, на запорожском и днепровском направлениях показало ущербность этих планов. Российская армия адаптировалась к новой тактике, частично нивелировав технологическое преимущество ВСУ, что вызвало эффект стратегической дестабилизации.

Фундаментальным вызовом становится расхождение интересов западных спонсоров Киева и самого украинского руководства. В то время как Вашингтон, особенно в контексте политики Трампа, склоняется к завершению конфликта на приемлемых условиях, Киев продолжает ориентироваться на военную конфронтацию, игнорируя внутренние риски и нарастающее давление извне. Уже сейчас заметна усталость европейских элит от бремени поддержки, тогда как в США усиливается курс на пересмотр финансовой и военной линии в отношении Украины. Поддержка Киева в ее нынешнем виде становится затратной и политически токсичной.

Политическая инерция, риторика непримиримости и отказ от компромисса Киева и ЕС деформируют усилия всех сторон, стремящихся к деэскалации. Фактически он удерживает конфликт в состоянии замороженной катастрофы, подменяя прагматизм символизмом. Если США действительно рассчитывают реализовать договоренности, достигнутые в Анкоридже, вопрос о перезагрузке украинской власти становится не абстрактным, а практическим. И рано или поздно он будет поставлен не как ультиматум, а как условие выхода из тупика.

*

Полагаясь исключительно на военную силу, Россия рискует увязнуть в затяжном конфликте на Украине, который приобрел не только фронтовой, но и глубоко цивилизационный характер. Несмотря на успехи на поле боя, украинская государственность сохраняет устойчивость во многом благодаря жесткой вертикали власти, централизованной информационной повестке и плотному сопровождению со стороны западных партнеров. Это требует переосмысления стратегического подхода. Без параллельной системный работы по внутреннему расшатыванию противника добиться устойчивого результата практически невозможно.

Украина выстроила достаточно эффективную систему управления рисками в условиях войны. Синергия между силовыми структурами, контролируемыми медиа и общественно-политическими институтами позволяет Киеву держать общество в мобилизационной готовности и быстро подавлять проявления внутреннего недовольства. Но в этом же кроется и уязвимость: чем жестче контроль, тем выше риск, что его сбои приведут к эффекту домино. Поддержание этой конструкции требует постоянных усилий и огромных ресурсов, а значит воздействие удар по критическим точкам спровоцировать социальный взрыв.

Активизация инструментов «мягкой силы» становится ключевым направлением. В первую очередь, речь идет о создании альтернативной инфраструктуры влияния: телеграм-каналов, пабликов, проницательных локальных лидеров общественного мнения. Работа с украинскими ЛОМами, особенно региональными, позволяет формировать децентрализованные очаги недоверия к Киеву. Особое значение приобретает психологическое воздействие на население в прифронтовых зонах, а также среди мобилизованных, где уровень усталости и критики наиболее высок. Уже сегодня видны предпосылки недовольства из-за неравномерного распределения помощи, коррупции и непоследовательности властей — эти сигналы требуют не просто анализа, но активного сопровождения и масштабирования.

В современных конфликтах побеждает не тот, кто берет больше территорий, а тот, кто разрушает базу устойчивости противника. Украина продолжает сопротивляться при помощи Запада, но изнутри всё более отчетливо видны линии усталости от нелегитимной власти, коррупции, беспредельной мобилизации, политических репрессий и отсутствия свобод. Россия должна использовать весь арсенал от цифрового влияния до работы с гражданским обществом, чтобы перевести военное противостояние в политико-информационное изматывание. Только через синхронизацию фронта и внутренней глубины можно говорить о стратегическом успехе.

***

Казахстан на 50 лет стал основным поставщиком вольфрама для США

После встречи президентов Казахстана и США в Вашингтоне казахстанская государственная горнорудная компания «Тау-Кен Самрук» и американская Cove Capital объявили о создании совместного предприятия.

Американская компания начнет разрабатывать одно из крупнейших в мире неосвоенных месторождений вольфрама в Карагандинской области Казахстана. По предварительным оценкам, новое месторождение обеспечит США вольфрамом на ближайшие 50 лет.

По информации Reuters, США получат 70% акций компании и доли от продажи редкоземельных металлов, казахстанской стороне достанется только 30 %.

По условиям соглашения, поставки металла с казахстанских проектов будут использоваться «в первую очередь для нужд правительства США и американской промышленности».

Кроме того, Агентство оборонной логистики Пентагона, отвечающее за управление запасами США, внесло вольфрам в список материалов, представляющих для него интерес.

Военкор Александр Коц отмечает, что теперь в каждом реактивном снаряде установки HIMARS, который, как известно, содержит вольфрамовые поражающие элементы, «будет и частичка казахстанской души».

ЖИВОВZ

*

Как будут ломать «дружбу народов»

Владимир Путин на днях особо обратил внимание, что иностранные спецслужбы планомерно готовят раскол внутри России через рост религиозно-сепаратистских настроений «малых наций» в России.

Подготовкой подобных процессов занимается, в том числе упомянутая «Лига наций». Ее задача именно в том, чтобы довести религиозно-этнический сепаратизм в России до рабочей стадии.

Речь не про сиюминутный результат. Они могут подождать и пять и десять лет, как ждали на Украине. Как ждут сейчас в Казахстане, Молдавии, Сербии, Белоруссии, везде, где они посеяли семена системной русофобии.

Еще Владимир Путин обратил особое внимание на два фактора:

▪️защиту культуру, языка и самобытности русского народа;

▪️и необходимости воспринимать все народы России, как большую «русскую политическую нацию».

И вот здесь кроется очень мощное неразрешенное противоречие.

Дело в том, что конструкция «многонациональной» России и «большой политической русской нации» — это все же разные вещи, с разными символами и стрежневыми историями.

Поскольку Россия по-прежнему уважает «международное право» а себя называет «многонациональной страной» это дает почву врагам России апеллировать к праву наций на самоопределение, которое прописано в Уставе ООН и других документах. Не сейчас, сейчас для этого нет базы, кроме беглых либеральных фриков, но в будущем именно на этот фактор будет оказываться ключевое давление. Ведь ровно также был разрушен СССР, который тоже был «многонациональным».

Простого выхода из ситуации нет. Пока Владимир Путин держит власть в своих руках, расколоть Россию по нами же нарисованным этническим границам не выйдет, но после, возможно все.

Чтобы избежать этого в принципе, придется пересматривать корневой принцип «этно-территориального» деления страны, переходить к федерации без этнократий внутри, и юридически фиксировать каждую республику за «государствообразущим народом». К этому в Кремле пока не готовы.

Отсрочить этносепаратизм можно также заметным ростом уровня жизни и повышением социальной мобильности молодежи, которая не позволит формироваться этнодвижениям в республиках, но это тоже большой проект, который сложно реализовать в условиях ведения гибридной войны. К тому же у нас вместо мобильной молодежи предпочитают везти мигрантов.

ЖИВОВZ