Будущее мира определяется в России. Произойдёт ли смена энергий.

Арнольд Тойнби, который вовсе не любил Россию, тем не менее заметил, что русская экспансия всегда носила оборонительный характер. Русские стараются отодвинуть границы как можно дальше, потому что Россия не защищена ни с запада, ни с востока.

Важно также формировать новую мировую повестку дня, социальный проект, который способен стать фундаментом нового порядка, альтернативного нынешнему. Россия не может противостоять Западу только на евразийской площадке. Для успеха необходима мировая альтернатива, создание союзных анклавов и действия на территории противника, по крайней мере, информационные. На данном этапе речь может идти о готовности защитить наших геополитических сторонников.

Конечно, лучше жить со всеми в мире, но в мире нас не оставят. Клинтон в 1995 году, выступая перед американскими военными, сказал: мы позволим России быть, но мы не позволим ей быть великой. Но дело-то в том, что невозможно удержаться на одном уровне: либо ты возрождаешься в качестве великой державы, либо ты распадаешься. Надо помнить также: мы до сих пор существуем потому, что у нас есть средства нанести неприемлемый ущерб Соединённым Штатам. Если бы этого не было, то с нами поступили бы так же, как с сербами, ливийцами и другими. Мы до сих пор живём на советском военном фундаменте, который создавали, кстати, затянув пояса.

Нужно учитывать и ещё одну вещь: мировой системный кризис. Его следует использовать в своих интересах как ту волну, которая позволит наши слабости превратить в силу. По принципу дзюдо.

Ухудшение отношений с Западом – долгосрочный процесс, надо быть готовым к этому. При этом надо понимать, что неолиберальная экономика не даст нам возможности даже выдержать это противостояние, не то, что выиграть. Единственный выход – мобилизационная экономика. И тут возникает серьезная проблема. Нынешние элиты, большая их часть, не готовы к переходу на рельсы мобилизационной экономики, они будут просто саботировать этот процесс. Эти люди воспитывались в привычке к комфортной жизни, вряд ли их устроит долгосрочное противостояние.

Страна за 30 лет набрала очень мощную либеральную инерцию и безболезненно процесс остановки и нового поворота не пройдет. Население, я уверен, этот поворот поддержит, но вот насколько руководство готово идти по этому пути, мы увидим в ближайшем будущем.

Политическая воля Ивана Грозного или Сталина многое решала при наличии равновесия различных групп, баланса. Да, они действовали с опорой на определенные группы, без этого никто действовать не будет – ничего не выйдет просто, но при балансе интересов именно воля одного лица играла решающую роль. Как говорил мой покойный учитель, Хомейни играл в определенных ситуациях большую роль, чем расклад политических сил в Тегеране в 1978-1979 годах.

При этом не нужен сильный волевой толчок, достаточно легонько подтолкнуть, и система возьмет курс и уже не свернет. Например, Иван Грозный опричниной развернул Россию на несколько веков, хотя сама опричнина просуществовала всего 7 лет. Потом была боярская смута и много еще чего, но, тем не менее, Соборное уложение спустя несколько десятилетий было принято.

Речь идёт не о реставрации социализма или СССР – в истории нельзя ничего реставрировать, СССР 2.0 едва ли возможен — нельзя войти в одну и ту же реку дважды. Речь идёт о векторе развития страны, в основе которого – социальная справедливость и собственный цивилизационный код, собственная идентичность (кстати, русская идентичность вовсе не сводится к православию и не ограничивается им – она и старше, и сложнее, но это отдельная тема). Повторюсь: левый проект сегодня – не панацея, не светлое будущее, а инструмент, средство отодвинуть кризис и собраться с силами.

В кризисной ситуации начала XX века о единственном способе выхода из кризиса писал не кто иной, как блестящий русский правоконсервативный мыслитель М.О. Меньшиков. В знаменитой статье о XIX в. Михаил Осипович писал, что либо в России произойдёт смена энергий, либо её ждёт судьба колониальной Индии. А в самом начале июля 1917 г. И.В. Сталин в обращении к рабочим Петрограда заявил, что либо в России будет советская республика (левый проект), либо страна станет колонией Великобритании и США. Правый Меньшиков и левый Сталин совпали. Получилось по Сталину, который однажды (правда, по другому поводу) заметил: пойдёшь налево – придёшь направо, пойдёшь направо – придёшь налево: диалектика. Оба оказались правы.

Сегодня РФ стоит перед аналогичным выбором: либо посредством «смены энергий» она вернёт себе качество исторической России, либо превратится уже даже не в колонию, а в совокупность резерваций.

В семнадцатом году произошла революция, оформился Советский Союз. Советский Союз не просто разгромил Гитлера, СССР затормозил вот этот процесс ультраглобализации, которой мы имеем сейчас, именно за это ненавидят Сталина на Западе. Он сорвал планы глобалистов и отложил приход 91-го года примерно так лет на 70. Если бы не это, то глобализация стартовала бы уже в двадцатые годы.

Именно в России парадоксальным образом опять будет решаться судьба мира. Любой возникающий новый строй — это строй как правило жестокий, поэтому чем больше будет сопротивление этому строю на всех уровнях, чем больше у этого молодого хищника будет вырвано зубов, тем более мягким он будет. Я думаю, что спасение нужно рассматривать именно в этом плане.

Андрей Фурсов