Главный идеологический конфликт современной России
Дмитрий Михайличенко в КББ снова поднял вопрос есть ли у нынешней России идеология под углом наличия чего-то более тонкого: технологии доминирования определенных публичных нарративов, сложившихся в патриотично-суверенную парадигму, условную смысловую Вселенную, которая, в отличии от жесткого марксизма-ленинизма, обладает постмодернистскими, мягкими, но вполне устойчивыми формами, исправно обеспечивающими правящему классу сверхлоялизм масс.
С этими умными мыслями трудно не согласиться, но что дальше? Это надо ломать или укреплять? И кому? В чём суть проблемы с идеологией в России, если она есть? И если есть — можно ли её исправить и как именно?
Идеология, как сравнительно свежий (ХХ века) коммуникационный инструмент мобилизации масс, Кремлю не нужен. Поскольку государственная идеология мобилизует и правящий класс, и верховную власть, ограничивая ей свободу рук. То есть ограничивая саму власть, на что ни один правитель добровольно не пойдет. Надежды наших радикал-патриотов на то, что они и их идеология может быть по настоящему востребованы властью — утопия. Жесткий, мобилизационный, идеологизированный политический режим воспринимается нынешним гибким, прагматичным персоналистским правлением как опасная угроза, которая купируется на подходе.
Нет у России госидеологии, есть идеологические установки. Нет настоящей веры ни в одну идею, нарратив, но есть жесткие правила их использования. При этом акцент делается не на позитивных смыслах, которые подразумевают в идеале искренность и веру в них, а на негативе, отрицании чужих смыслов, во что поверить без последствий проще. В России не всё хорошо, но у остальных всё в целом ещё хуже!
Но даже врагов и вражеских смыслов настоящих у Кремля почти нет (разве что два жупела: фашизм и терроризм; живые, настоящие враги не называются по именам, их велено забыть). Идеологических «врагов» не надо уничтожать: Запад, Украину, гомосексуалистов, либерастов, исламистов и т.п. Они просто ведут себя не правильно, их нужно убедить, заставить вести себя по отношению к Кремлю и России правильно, вот и всё. Это всё — условные, временные враги.
Набор идеологический установок («ценностей») Кремля предельно банален: за всё хорошее, против всего плохого, но без опасного фанатизма. С ними трудно не согласиться, они собраны из «золотой середины» общественного сознания и состоят из самых принимаемых, максимально усредненных норм.
Задача АП, их повсеместной, убаюкивающей, позитивной трансляции: суггестия, дать УТАНОВКУ общественным мозгам: НЕ МЕШАЙ! Это усыпление, введение в гипнотический транс, общественная дебилизациямобилизация. Даже запугивающая часть нарративов вкрадчивая, мягкая, уговаривающая: не показывай другим ничего такого-сякого, не буди никого, расслабься, плыви по течению, не высовывайся — и все будет ок! Мы, начальство, тебя защитим, за тебя все проблемы порешаем, ты только не мешай и поддерживай голосованием раз в 2-4-года.
Пассионарии и другие деятельные, искренние натуры, с этой системой идеологических установок неизбежно вступают в конфликт и отторгаются на обочину. Это одна из причин негативного кадрового отбора. Но для войны они нужны и их энергию теперь канализируют туда. Где эти маргиналы собираются и строят сети с альтернативными идеологическими установками: ценностями, за которые можно умереть.
Так родился главный конфликт современной России: не между идеологиями, которых нет. Не между ценностями, которые во многом общие. Не между ЧТО, а между КАК. Между разными, антагонистическими идеологическими установками: теми, которые транслирует власть и здравый смысл (взвешенностью), и теми, которые транслирует нужды дела и твое сердце (искренностью). Иной раз они борются в одном и том же человеке.
Вот, например, недавний Сладков: сердце и жажда победы говорит ему подняться, заступиться, встать горой за друга и героя Попова. Но ум и опыт придворного журналиста заставляет повторять как гипнотическое заклинание: «Уверен, что разберутся». И пока второе побеждает. Но это пока.
Значение охранительных идеологических установок для современного российского государства трудно переоценить. Их главная функция — защита системы и недопущение конфликтов внутри неё. Конфликты не раз-крываются, не раз-решаются, а «исключаются»:
📍исходящие из других идеологических установок распознаются как внесистемные и подавляются или выдавливаются; всё реже терпятся;
📍внутрисистемные конфликты гасятся, компенсируются и/или заметаются под ковер, с опорой на ценностный консенсус, на общие идеологические установки.
Внутренне бесконфликтный, серый, аморфный идеологический компот внешнее эффективно, «до бела» отмыл поверхность системы РФ от угроз. Которые копились «под ковром» и снаружи. И вот внешние — уже взорвались, достигнув критической точки, но главные угрозы, внутренние — пока критической массы не достигли. Но это она — классическая хрупкость исключающей ошибки системы, заболевающей гемофилией, которая всё больше боится «пораниться» и тут же истечь кровью (отсюда «тепличные выборы», удушение любой оппозиции и т.п.).
У многих талантливых, недореализованных граждан, недовольных отсутствием настоящей стратегии развития страны, реальных карьерных лифтов или умения воевать, возникает искушение начать с этой закуклившейся системой РФ бороться, ломать её, но она всегда готова к этому и в ответах на такое максимально эффективна. И чем дальше, тем выглядит в этом смысле сильнее, а всё недовольное зачищается всё глубже и шире. Создавая впечатление самоувековечивания этой «неуязвимой» системы. Понятно, что сама она не изменится, изменить себя снаружи и «чужакам» внутри себя на даст, и по науке рано и поздно сломается сразу и полностью, не оставив от страны камня на камне. И с этой перспективой, как с вечной несчастной судьбой России — мучиться революциями и смутами, похоже многие смирились. Авось, на наш то век России хватит, а там пусть дети разбираются?..
Главные ошибки, которые на дают разглядеть выход:
1️⃣ Зацикленность на негативе, на проблемах, на других. Этот тренд задают охранительные идеологические установки, они просто зеркалятся, повторяются, меня знак. Типа дракона может победить только другой дракон. И вот обе стороны одинаково ненавидят и достойны друг друга, так зачем менять шило на мыло, да ещё рискуя всем?
2️⃣ Зацикленность на лицах. Это тоже персоналистская доминанта, установленная Кремлем. Вот Путина уберем — и заживем. «Любой лучше». Или, посложнее — найдем противоположность Путину, и всё станет по другому, черное станет белым. Но что-то «любой» не находится, да и любая «противоположность» не выглядит ни белой, ни лучшей, но точно слабой. Да и сам Путин вроде и крут, и взвешен, незаменим?
3️⃣ Зацикленность на институтах. Эта установка уже с Запада, посерьезней. С институализацией в России действительно проблем всё больше, как и произвола властей. Не понятно как можно перейти к демократическим институтам, показавшим эффективность на Западе (если задаться такой целью) — через десятилетия их реального отсутствия (пока они будут «устанавливаться»). Да и нынешние российские институты никуда уходить не собираются, вместе и людьми, которые в них сидят — а других-то и нет.
4️⃣ Зацикленность на сопоставлении с Западом. Из попыток стать Западом и необходимости противостоять Западу западными средствами состоит чуть ли не вся история России (снова тема двух драконов). Нынешний системный кризис Запада открывает России возможность вырваться из этой ментальной зависимости. Но эта возможность не используется.
Главный идеологический конфликт скрыт в другом. Если сфокусировать внимание не на негативе, не на смене лиц и институтов, не на Западе/Востоке, а на замене только одного, но главного, фундаментального: отношения к ценностям, общим для всех русских, то есть на возвращении искренности, правды, без смены власти, без разрушения политической системы — откроется окно возможностей для мягкой трансформации этого огромного, сильного, но хрупкого Левиафана, для перерождения гусеницы в бабочку. Тем более что в кокон гусеница уже забралась.
Конфликт либеральной, западной, демократической идеологии и консервативных, российских, авторитарных идеологических установок давно находится в фокусе общественного внимания и, казалось бы, добавить к этому спору глухого с немым нечего. Однако попробуем посмотреть на него под новым углом: что у них не разного, а общего. И поставим его значимость для будущего России под сомнение.
Российское государство всегда считалось авторитарным и жестоким. Новацией является только то, что сейчас в России зачастую это уже не считается серьезным недостатком, скорее обратной стороной достоинств. Но раньше оправдывались по разному — западники винили кровь Орды в московских царях, славянофилы и т.п. — масонские градусы Петра. Но все эти цари были прямы и искренни в своей жестокой силе. А «образцовый» Запад, ещё более жестокий и авторитарный, к примеру в тех же колониях, маскировал всё это либерализмом, то есть был ещё и лжив. И этим он Россию и заразил, превратив в конце концов в свой «медвежий», нелюбимый филиал.
В этом смысле и Запад, и Россия находятся под властью одного безжалостного Левиафана. Только Запад всегда эффектно маскировал и балансировал его либерализмом, а Россия Путина, выкорчевывая либерализм, смягчает, компенсирует его власть трансовыми идеологическими установками, не желая восстановления всевластия тоталитарного государства по советскому типу. Их идеологический конфликт между собой не так принципиален, как изображают. Это конфликт формы, не содержания. Сущность, платформа, парадигма у них общая — Левиафан.
Поэтому вместе с падением Левиафана на Западе придет конец ему и в России. Но сначала он полностью отвязавшись и дискредитировав себя в глазах человечества, разломает и поубивает всё, до чего дотянется. И он уже открывает свое звериное лицо, больше не стесняясь. Признаки этого можно наблюдать в лентах СМИ и тг-каналов ежедневно, даже сегодня. Единственный способ избежать кровавых последствий начавшегося глобального кризиса, фазового перехода, смерти Левиафана — успеть демонтировать его у себя, мирно, первыми, заменив альтернативой — Новым государством Добрых людей.
На уровне идеологии, ценностной сути этот конфликт между ценностями Левиафана и ценностями Добрых людей как раз и является главным в современной России. Он даже важнее отношения к этим ценностям, конфликта ценностных установок, от разрешения которого зависит возможность мирного перехода в России от государства Левиафана к государству Добрых людей. Сопоставлению этих ценностей будет посвящен следующий пост.
В чем разница/конфликт ценностей Левиафана и Добрых людей?
Базовых ценностей, от которых зависит вся их иерархия, не много. И первая из них касается этических представлений о самом человеке: добр он по природе или зол. Для адептов Левиафана он — зол (см. Гоббс). И только государство спасает людей от зла и хаоса, и приносит мир. Они говорят — нужно всегда быть готовыми к удару, ко злу. Лучше перебдеть, чем недобдеть. Лучше перестраховаться и всех считать врагами, чем стать лохом и их жертвой.
Для Добрых людей, естественно, человек по природе скорее добр, чем зол. Во всяком случае — лучше относиться к людям по доброму и считать их добрыми, не слишком боясь, что тебя обманут. Иной раз обманут, не страшно, зато в остальных случаях можно обменяться добром, его умножив. Мир для добрых — добр и светел, и одно это их подход оправдывает. Да и христианство к безусловной любви между людьми призывает. Добрые люди как пчелы — полезны и всюду мед находят. Люди Левиафана как мухи — везде находят дерьмо. И все судят по себе.
Вторая базовая ценность касается отношения человека к правилам и обычаям людей или попросту — к народу. Адепты Левиафана варварские предрассудки всякого быдла не уважают. Настоящей ценностью обладают только цивилизованные практики Левиафана. Которых приходится насаждать силой — таково бремя белого человека. Все институты нужно бесконечно усовершенствовать, усиливая Левиафана.
Добрые люди в чужой монастырь со своим уставом не ходят. И с уважением относятся к своим, да и чужим традициям. И вообще сложившиеся институты существуют не просто так, чтобы что-то менять и нарушать текущий баланс, социальный узор, нужны веские причины. Трудно будет кого-то не обидеть. Поэтому по возможности ничего менять в обществе не надо, лучше принять всё как есть.
Третья базовая ценность относится к государству и власти. Для адептов Левиафана это высшая ценность, Благо, земной бог, ради славы которого ничего и никого не жаль. И к нему они всё время взывают, ожидая даров и кормлений. Добрые люди государство ценят и терпят, как необходимое Зло, стараясь держаться подальше от «начальства», делать всё сами, без его участия, рассчитывая только на себя и других Добрых людей, но не на чиновников.
Сопоставление ценностей Левиафана и Добрых людей можно продолжить, но суть их различий и конфликта должна быть уже понятна. Осталось только указать главное отличие: адепты Левиафана стараются быть максимально быстрыми и эффективными и достигают своих целей любыми средствами, особенно когда никто не видит. Цель оправдывает средства.
Добрые люди медлительнее, поскольку стараются все делать честно, качественно, они искренни и ненавидят ложь, которая от века главный источник зла в мире. Такая простота смешит адептов Левиафана, которые с удовольствием пользуют «простаков». Пока сами не пропадают в расставленные ими же ловушки. И когда проигрывают — падают низко. Добрые люди спокойны и надежны, их авторитет с годами только растет.
В человеке вполне могут уживаться обе эти ипостаси. Но актуальной в моменте может быть только одна, соответствующая тем ценностным установкам, которые приняты в его жизненном или профессиональном мире. В системе РФ господствует Левиафан. Но время его на исходе.
(продолжение следует)
