Как проходило раскулачивание.
От советской власти больше всего пострадал русский народ. Причем более всего даже не дворяне, ученые, офицеры, казаки и интеллигенция, хотя их большевики хотели извести, как класс, но крестьяне.
Не случайно конец Гражданской войны был ознаменован масштабными крестьянскими восстаниями, когда сельских жителей банально грабили под соусом продразверстки.
Второй геноцид русского крестьянства случился во времена сталинской коллективизации.
У крестьян отбирали буквально всех, не согласных убивали.
В цифрах и фактах это блестяще описал ученый Яков Миркин в журнале «Родина»:
У вас — деревенские корни? Тогда ваша cемья — кулацкая, если у нее есть мельница, маслобойня или крупорушка (ЦИК СССР, СНК СССР, постановление от 23.02.1930). Или — просорушка, волночесалка, шерстобитка, терочное заведение, картофельная или овощная сушилка (ЦИК).
Все это конфискуется. А также дом, любые постройки, инвентарь, запасы, сберкнижки, облигации и деньги. Все-все, кроме 500 рублей (Президиум ЦИК СССР, секретная инструкция от 04.02.1930). Дано задание: 60 тыс. кулаков — в лагеря, 150 тыс. — на поселение в Сибирь, Урал и т.п. (постановление Политбюро ЦК ВКП(б) от 30.01.1930).
Имущество прочих? Сдать в колхоз все — землю в пользовании, лошадей, инвентарь и скот (ВЦИК, СНК СССР, постановление от 16.01.1930). Оставить дом, участок при нем и корову — и обложить их налогами. А церкви закрыть (постановление Политбюро ЦК ВКП(б) от 30.01.1930). Покончить с противогосударственной и противоколхозной практикой попустительства в отношении единоличника (СНК СССР, ЦК ВКП(б), постановление от 19.04.1938). А его имущество — окончательно загнать в колхоз.
Что имеем? Конфискованная деревня. Времянки, люди без имущества. Что еще? Наемные рабы («палочки»), без паспортов, то, что производят для себя, на участке, еще и обложено налогом. Любым способом — в город, человеческое опустынивание.
Есть отчеты, они остались в архивах. Вот отчет Сталина на XVII съезде ВКП(б): процент коллективизации крестьянских хозяйств в 1929 г. — 3,9%, в 1933 г. — 65%. А что со скотом, с кормильцами нашими? Резкое падение «поголовья» всего лишь за 4 года до 2-3 раз. Лошадей в 1929 г. — 34 млн голов, в 1930 г. — 16 млн, крупного рогатого скота — 68,1 млн и 38,6 млн, овец и коз — 147,2 млн и 50,6 млн, свиней — 20,9 млн и 12,2 млн голов соответственно.
А как урожаи? Неужто рост? Валовой сбор зерна в 1929 г. — 71,7 млн тонн, 1930 г. — 83,5 млн, 1931 г. — 69,5 млн, 1932 г. — 69, 9 млн, 1933 г. — 68,4 млн тонн («Народное хозяйство СССР за 70 лет»). Как осторожно сказал Сталин в своем отчете XVII съезду ВКП(б), «годы наибольшего разгара реорганизации сельского хозяйства — 1931 и 1932 гг. — были годами наибольшего уменьшения продукции зерновых культур». Это еще и время форсажа в хлебозаготовках, кратного увеличения экспорта зерна и голода. Потери населения — несколько миллионов человек
А что такое «раскулачивание» в реальности? «Массовые репрессии, — отвечали власти. — С конца 1929 г. возникла «необходимость применения властью массовых арестов и острых форм репрессий в виде массового выселения кулаков и подкулачников в северные и дальние края» (ЦК ВКП(б), СНК СССР, директива от 08.05.1933).
По всей стране работал конвейер насильственной обработки многотысячных масс людей. Как он был устроен?
1) Лишить всего. «Конфисковать у кулаков средства производства, скот, хозяйственные и жилые постройки, кормовые и семенные запасы. Сберкнижки и облигации госзаймов отбираются».
2) «Контрреволюционный кулацкий актив немедленно ликвидировать путем заключения в концлагеря, не останавливаясь для организаторов перед применением высшей меры репрессии» (расстрел) (здесь и ниже — постановление Политбюро ЦК ВКП(б) от 30.01.1930).
3) «Остальные элементы кулацкого актива — выслать. Районами высылки должны быть необжитые или малообжитые местности».
А кого раскулачивали большевики в 30е годы? Простых русских трудяг.
Вот опись конфискованного в 1931 г. имущества семьи из 8 человек (отец 74 лет, мать 69 лет, сын 33 лет с женой 25 лет, три внучки (1 год, 4 года и 5 лет) и внук 3 лет. Дом, двор, сепаратор, самовар, 4 коровы, 2 телят, 2 лошади, 1 жеребенок, 5 овец, сенокосилка, амбар, баня, сенник, 10 возов сена (Коми, «Раскулачивание и крестьянская ссылка», 2005). Обычная семья, имущество — чтобы прокормиться.
А вот еще семья из 6 человек. Опись кулацкого хозяйства от 5.02.1930: дом, двор и хлев, конюшня, хлев и сенник, амбар, баня, 1/3 часть гумна, лошадь рыжей масти, корова белая, корова пестрая, 2 овцы, 2 ягнят, соломорезка, сепаратор, дроги, телега, сани, плуг, борона деревянная, комод, 2 кровати, 2 шкафа, часы стенные, стол большой, 2 небольших столика, 2 венских стула, 3 простых стула, сбруя, гардероб, пиджак серый, женское драповое пальто, жакетка женская, брюки, золотое кольцо, плащ клеенчатый, пальто женское, самовар, поднос, умывальник медный, таз медный, фонарь «летучая мышь», ковшик медный, тулуп овчинный, 2 ларя, мясорубка, 35 суслонов необмолоченной ржи (суслон — несколько снопов) (Дневник раскулаченного И. Глотова).
А вот рассказы нас, нынешних. В России тысячи семей помнят, что с ними произошло в 1930-х.
«Мои предки по отцовской линии из свободных однодворцев, у них были и земля, и техника, и маслобойня, и уважение — прадед был старостой храма. Страшный земной итог (по-христиански — мученический венец) — расстрел в ночь на Благовещение в 1930 г.» (А. Ефремов).
«Прапрадеда раскулачили. У него был единственный каменный дом в деревне, работал с рассвета до заката. Его прятали родственники. Не найдя, взяли сына, моего прадеда с семьей, семь детей, взяли осенью, в чем были, и отправили в Сибирь. Трое детей там умерли. Прапрадед умер, прячась, от голода. Моя прабабушка, его сноха, когда вернулись, сказала, что не пойдет в колхоз, потому что «эта власть у нее троих детей забрала» и она это никогда не простит. И так, до смерти своей в 93 года, не имея никакой пенсии, кормилась огородом и ткала лоскутные коврики, которые продавала. Я ее помню хорошо, всегда в черном, молилась, очень верующая, она НИКОГДА не улыбалась, НИКОГДА».
«Землю, мельницу у дедов — братьев отобрали. От мельницы я видел лишь деревянные остовы свай под остатками запруды». (С. Львович).
Марксизм давно пора запретить в России, как человеконенавистническую русофобскую экстремитскую богоборческую идеологию. И Ленину не место на Красной площади.
