«Китайская партия» берет верх над «американской»: тактическое доминирование, или стратегический выбор?

В российском телеграм-сегменте активно обсуждаются скромные результаты государственного визита в Китай. Однотипные заявления о многополярном мире, суверенном равенстве государств, при практически полном отсутствии конкретных масштабных соглашений, которые были бы заключены.

В тоже время нельзя не отметить, как крупные функционеры не упустили возможность посрамить «дух Анкориджа» — термин, внедренный спецпредставителем президента Кириллом Дмитриевым.

Наиболее активно дискредитацией термина занимаются помощник президента РФ по внешней политике Юрий Ушаков и Министр иностранных дел Сергей Лавров. Внешнеполитическая элита чувствовала себя наиболее ущемленной коммуникативно-аппаратной экспансией Дмитриева.

Недавние вбросы о том, что вместо Дмитриева переговорщиком могут сделать Сечина — очередной сигнал о значительном влиянии «китайской партии» в Кремле: как известно, глава Роснефти Сечин — большой сторонник развития отношений с Китаем и обладает там разветвленной сетью контактов высокого уровня.

Что это значит на практике? Россия в поисках сюзерена. Пусть в публичном пространстве Москва за суверенитет и самостоятельность всех и вся (и уж тем более, когда речь касается ее самой), то на практике РФ очень нуждается во внешней подпитке. Экономической и технологической. В нынешних реалиях на такую роль есть два претендента: США и Китай.

Наиболее вероятные направления сотрудничества с США: редкие металлы, нефть/газ (особенно СПГ) и Северный морской путь.

Наиболее вероятные направления сотрудничества с КНР: энергоресурсы, сельское хозяйство и машиностроение.

Как это ни парадоксально, но США — потенциально более привлекательный партнер. Причина в структуре американской и китайской экономики. За присутствие на китайском рынке Россия вынуждена конкурировать как со странами Центральной Азии (экспорт энергоресурсов), так и с государствами Ближнего Востока, что осложняет геополитические расклады для Кремля. В то время как на американском рынке у России нет конкурентов: США будут перепродавать российские ресурсы в третьи страны, развивать логистику, вкладываться в обрабатывающую промышленность.

В условиях растущей усталости Трампа от затянувшихся переговоров и приближения 8 ноября, после чего американский президент рискует снова стать хромой уткой, голос «китайской партии» становится все более уверенным и будто бы безальтернативным.