Коррупция, реформы, власть и наркотики.
Проблема коррупции в высших органах власти приведёт к приватизации управляющими крупной госсобственностью бюрократами прибылей этой госсобственности, а по факту и самой госсобственности. Коррупция сведёт на нет любые реформы, если они в итоге не направлены на создание более лучших условий для коррупции.
А без коррупции не решается проблема консолидации правящего класса. Коррупция — это и есть его идеология, самая прочная из всех возможных. Суть этой идеологии в словах папы римского Льва Х. Историки пишут, что он после своего избрания сказал своему брату Джулиани: «Бог дал нам папство – насладимся же им». В более короткой версии это звучит так: «Насладимся властью!»
Вот идеология сплава власти и коррупции, и она подбирает себе подобных. Победить её можно только диктатурой одной идейной группы над всеми другими, но это ненадолго. Через 5 лет у власти она начинает разлагаться изнутри и превращается в обычную коррумпированную группу, которую невозможно сменить легитимным путём. Появляются конкуренты, и они в итоге отбирают власть с помощью дворцового переворота или организованного бунта. Замкнутый круг.
Коррупция в легальном экономическом контуре порождает контур нелегальный, но более реальный, чем легальный. Это контур истинной, а не декларированной мотивации управленческих и политических решений правящего класса. Нелегальная (теневая) экономика порождает нелегальную (теневую) политику.
Появляется целый класс так называемых политических решал, без которых невозможно согласование действий легального и нелегального контуров. Этими решалами часто становятся чиновники, олигархи, политики, владельцы крупных СМИ. Нижний слой этого класса – юристы всех видов профессий: адвокаты, судьи, прокуроры, следователи, а также журналисты и специалисты по пиару,
Именно здесь лежат корни коррупции в политической системе. Именно здесь корни неустранимости этой коррупции. Именно на стыке этих двух миров – легального и нелегального – появляются феномены переговорщиков. Нелегальная политика нелегальной экономики требует класса посредников. Они устраняют хаос между легальным и нелегальным контурами экономики и власти и способствуют не только легитимации правящего класса, но и снятию противоречий между его фракциями.
В таких условиях любые реформы будут по факту борьбой за переформатирование коррупции. Коррупция – это не взятки и откаты. Это другое. Чем коррупция отличается от легального предпринимательства?
Предпринимательство – это когда богатеют от прибылей. Коррупция – это когда богатеют от убытков. То есть коррупция — это всегда воровство. Даже когда речь идёт об использовании должностного положения в личных целях, так называемом административном ресурсе – это всё равно воровство. Коррупция – это не наполнение рынка новой продукцией, а дополнительная ценовая нагрузка на эту продукцию в целях формирования административной ренты, изымаемой и распределяемой нелегальными способами.
То есть предпринимательство делает продукт дешевле, а коррупция дороже. Коррупция – это нелегальный налог на общество, вот в чём её суть. Всё, что связано с формированием и взиманием этого налога, является коррупционной средой. Борьба с коррупцией есть, по сути, борьба с этим нелегальным налогообложением.
И тут вопрос к государству: насколько оно заинтересовано в том, чтобы ликвидировать эту нелегальную налоговую систему. Государство – это прежде всего госаппарат, чиновники. Они попадают туда через разные каналы. Коррупция – это конфликт личных и государственных интересов внутри одних и тех же лиц. Они всегда будут стремиться создать некоторую тень для своих сделок.
Общество стремится сузить пространство этой тени, чиновники – расширить. До тех пор, пока власть будет разновидностью бизнеса, коррупция неустранима, и она сведёт любые реформы к закреплению своей монополии. Проблема лишь в том, что коррупционные политические системы неконкурентоспособны в глобальной конкуренции. Коррумпированные элиты не бывают суверенными – вот в чём суть проблемы. Борьба за суверенитет всегда будет борьбой с коррупцией.
И наоборот: коррупция убьёт любой суверенитет. Потому что политика сведётся к сделкам вокруг суверенитета. Национальные интересы – самый дорогой товар, и если нажива – главный мотив элиты, то суверенитет становится лучшим товаром. Неверно думать, что суверенитет и коррупция совместимы.
Да, суверенитет – это возможность элиты защищать свою коррупцию. Но нет мягкой силы, и в итоге нет способности к экспансии. Коррумпированные элиты не могут оседлать прогресс, консервируют отсталость и теряют легитимность. Теряют власть над своим пространством – сначала идеологически, а потом административно и политически.
Коррупция – это наркотик, дающий сначала наслаждение, а потом смерть. Не случайно наркобизнес и коррупция слиты воедино – это одно и то же по своей сути. Власть – тоже наркотик, и плохо, когда она оказывается в руках не врачей, а наркоманов. Любое оздоровление должно сопровождаться борьбой с коррупцией. Иначе все усилия будут напрасны.
