Торжество хама. Легализованное святотатство

20 июля 1920 года Совнарком принимает постановление «О ликвидации мощей во всероссийском масштабе». В этом беспримерном в своём цинизме откровенно богоборческом документе была четко сформулирована цель — «полностью ликвидировать варварский пережиток старины, каким является культ мертвых тел». Имелось в виду необходимость уничтожения почитания святых мощей тёмным, а значит и граждански не полноценным православным населением Советской России.

Не прошло и 10 дней, как 29 июля 1920 года появилась конкретная методичка НКЮ по «ликвидации мощей во всероссийском масштабе»:

«1. Опираясь на революционное сознание трудящихся масс, планомерно и последовательно провести полную ликвидацию мощей на местах, избегая вредной нерешительности и половинчатости мероприятий.

2. Ликвидацию названного культа мертвых тел и кукол осуществить или путем помещения так называемых «мощей» в музеи в отделы церковной старины, или путем их захоронения.

3. Губисполкомы обязаны проверить все конкретные условия проведения мероприятий по ликвидации мощей, провести соответствующую агитацию как на фабрично-заводских, красноармейских и иных собраниях в городах, так равно и в деревне, в особенности среди малосознательной части отсталого крестьянства, и уже после сего утвердить соответствующее решение на пленуме исполкома с точным обозначением как времени, так равно и способа ликвидации каждых отдельных «мощей».

4. При обнаружении дальнейших случаев шарлатанства, фокусничества, фальсификации и иных уголовных деяний, направленных к эксплуатации темноты, как со стороны отдельных служителей культа, так равно и организаций бывших официальных вероисповедных ведомств, отделы юстиции возбуждают судебное преследование против всех виновных лиц, причем ведение следствия целесообразно поручить следователям по важнейшим делам Наркомюста и при отделах юстиции, а само дело разбирать при условии обеспечения самой широкой гласности процесса».

Далее 25 августа 1920 года народный комиссар юстиции Дмитрий Курский подписал специальное постановление, в котором исполкомам местных советов указывалось «последовательно и планомерно проводить полную ликвидацию мощей, избегая при этом всякой нерешительности и половинчатости».

Согласно официальным данным, с осени 1919 — по осень 1920 года было произведено 63 публичных вскрытия мощей. К 1922 году публичные вскрытия мощей постепенно сошли на нет, однако во время изъятия церковных ценностей зачастую имели место неофициальные вскрытия, производившиеся без надлежащих протоколов. Некоторые мощи святых, в том числе мощи преподобного Серафима Саровского, были переданы в Центральный антирелигиозный музей, в 1929 году открывшийся в женском монастыре Страстной иконы Божией Матери в Москве. После ликвидации и разрушения обители мощи были перемещены в Музей истории религии и атеизма, находившегося в закрытом Казанском соборе Ленинграда (Санкт-Петербурга).

Надругательство над православным святынями повсеместно происходило и ранее, с первых же шагов большевистских властей. Таким образом, постановление лишь легитимизировало идеологическую кампанию святотатства и богохульства.

Триггером кампании по вскрытию мощей стало известие о разгроме осенью 1918 года красноармейцами мужского монастыря Александра Свирского в Олонецкой губернии. Хранившиеся там почитаемые мощи преподобного Александра Свирского были без затей объявлены «восковой куклой». Далее события развивались по нарастающей. Ещё 16 февраля 1919 года коллегия НКЮ принимает первое постановление об организованном вскрытии мощей, в котором указывалось, что в этом важном деле инициативу следует предоставить местным властям. При вскрытии мощей уже тогда рекомендовалось создавать комиссии в составе представителей исполкома, райкома партии, ЧК, духовенства и врача. Рака с мощами должна была вскрываться непременно при скоплении народа, с самых мощей необходимо было снять облачения. Мощи специально выставлялись в храме в оскорбительном для верующих виде в целях «раскрытия обмана».

Публикации в газетах и официальные протоколы вскрытия были составлены таким образом, чтобы акцентировать внимание на таких, по представлению членов комиссий, неприятных и отталкивающих верующих деталях, как «пыль», «труха», «почерневшие кости», «отсутствие останков» и т. п. Если была возможность, на вскрытие приглашался фотограф.

После этого первого малоизвестного постановления НКЮ 1919 года было проведено множество вскрытий мощей почитаемых святых Русской православной церкви — святителей Сергия Радонежского, преподобного Саввы Сторожевского, Тихона Задонского, Митрофания Воронежского.

Как и следовало ожидать, провокационное надругательство над религиозными чувствами верующих вызвало серию антибольшевистских выступлений по всей России. Патриарх Московский и всея Руси Тихон неоднократно направлял письма руководителям Советской России с целью воспрепятствовать осквернению святынь.

P. S. Но не даром заповедано Спасителем: «…созижду церковь мою, и врата адова не одолеют ей…» (Матф. 16:18 — Мф 16:18:). Несмотря ни на что, хамская кампания глумления никак не смогла поколебать отношение верующих людей к своим святыням. Напротив, в некоторых случаях даже вызвала религиозный подъем. Значительное большинство верующих приступало к поруганным и выставленным в музеях и на выставках на потеху и всеобщее обозрение останкам святых с благоговением и молитвой. В суровые годы гонений некоторые святыни с риском для жизни скрывались верующими.  

Лишь спустя десятилетия они вновь передавались в храмы и монастыри (к примеру, глава преподобного Саввы Сторожевского). В конце 1980 — начале 90-х годов прошлого века изъятые в музеи мощи русских святых были возвращены РПЦ. В1991 году были идентифицированы и возвращены Церкви мощи преподобного Серафима Саровского, а также святителя Иоасафа Белгородского. Однако судьба многих других святых мощей, изъятых из храмов в советскую эпоху, увы, до сего дня остается неизвестной. Хочется верить, что до времени…

Илья Рябцев