Виктор Ротшильд, советский шпион
Тайна связей лорда Виктора Ротшильда (1910-1990) с советской разведкой беспокоит исследователей уже более полувека. Как отпрыск сверхбогатого банковского дома и доверенное лицо Уинстона Черчилля, Ротшильд был влиятельной фигурой в британской властной элите на протяжении десятилетий, занимая ключевые посты в контрразведке, энергетическом секторе и стратегическом планировании политики. Но был ли он также “Пятым человеком” печально известной Кембриджской шпионской сети, шпионом Москвы, который мог получить доступ к драгоценностям короны британских секретов?
Кембриджская сеть, состоящая из Кима Филби, Гая Берджесса, Дональда Маклина, Энтони Бланта и Джона Кэрнкросса, вошла в историю как одно из самых успешных проникновений советской секретной службы, к стыду британского истеблишмента. Долгое время после разоблачения Ротшильд занимал выгодное положение серого кардинала британской политики, казалось бы, неприкасаемого.
В 1994 году автор расследования Роланд Перри написал книгу «Пятый человек», в которой Ротшильд был советским агентом, основываясь на интервью с анонимными ветеранами КГБ в Москве. И все же Перри не смог получить прямых доказательств, необходимых ему для завершения дела. Теперь всплыли новые доказательства, свидетельствующие о том, что Ротшильд, если и не Пятый человек, то действительно работал на советскую внешнюю разведку вместе с Кембриджской пятеркой с 1930-х годов вплоть до начальных этапов холодной войны. Источником является не кто иной, как первый председатель КГБ, генерал Иван Александрович Серов (1905-1991).
Силовик Сталина и Хрущева, генерал Иван Серов занимал пост первого председателя КГБ с 1954 по 1958 год.
Иван Серов был физически храбрым и безжалостным офицером НКВД, который специализировался на массовых депортациях и подавлении внутренних беспорядков при Сталине. В 1954 году Никита Хрущев выбрал Серова главой недавно воссозданного аппарата государственной безопасности — КГБ, который считал Серова надежным сотрудником со времен их работы в довоенной Украине. “Иван Грозный”, как окрестила его западная пресса, возглавлял КГБ до 1958 года, когда Политбюро направило его возглавить ГРУ, советскую военную разведку. Смещенный в 1963 году после разоблачения полковника ГРУ Олега Пеньковского как агента ЦРУ-МИ6, Серов вскоре был понижен в звании, исключен из партии и отправлен на пенсию. Хотя изгнанный кремлевский силовик и был предан забвению, он вел дневник – факт, который был известен КГБ еще в 1971 году. Серов спрятал свои записи в стенах гаража своей московской дачи, и они были обнаружены только в 2012 году, примерно через два десятилетия после его смерти.
Дневники Серова, опубликованные на русском языке под названием Заметки из чемодана (Zapiski iz chemodana), раскрывают множество подробностей об операциях НКВД по депортации во время войны, вероломных играх, в которые играли помощники Сталина, и рассказ из первых рук о том, как Красная Армия подавила венгерскую революцию в 1956 году. Хотя Серов не был профессиональным офицером разведки, некоторые из наиболее интересных записей касаются шпионских операций, которыми он руководил в качестве начальника КГБ и ГРУ. И вопрос о лорде Викторе Ротшильде – действовал ли он как советский агент — наконец-то решен.
Серов описывает встречу с Ротшильдом во время сопровождения Хрущева во время его визита в Лондон в апреле 1956 года:
Я встречался с Виктором Ротшильдом только один раз, в посольстве. Этот человек с давних пор был хорошо известен как “наследник” дела Филби и других. Он прекрасно знал, что эти люди, имеющие определенные наклонности, были связаны с нами, и использовал их для передачи информации в Москву, в том числе ложной.
В целом, полезные связи с ним закончились с образованием Израиля.
Как вы помните, британское правительство всегда было против создания Израиля, в то время как Ротшильд, наоборот, способствовал этому.
Все материалы по палестинской проблеме в 1940-х годах и о позиции Великобритании были получены нашей разведкой в 1930-40-е годы. После побега Берджесса и Маклина он появлялся только на официальных приемах в наших посольствах и встречался с послом, Микояном или Маленковым.
В Лондоне он произвел на меня неприятное впечатление. Он не внушал доверия. Я встречал много таких жуликов в Бессарабии и Румынии, а также в Германии после войны.
Контакт, согласно программе визита и вопросам для обсуждения с британцами, был, конечно, интересным. Но Ротшильд всегда преследовал только свои собственные цели. Ротшильд по-своему также скомпрометировал Филби и других. Связи с ним ставят под сомнение передаваемую ими информацию.
Нам помогали такие солидные, серьезные, моральные и не корыстолюбивые люди, которые разделяли наши взгляды, такие как Бернал, Айвор Монтегю и крупные ученые. Ротшильд был просто попутчиком.
Экс-председатель КГБ начинает свой отрывок ошеломляющим заявлением – Виктор Ротшильд не только знал о шпионаже своих школьных друзей, он активно поставлял информацию в Московский центр через их сеть. Еще в Кембридже Ротшильд, Берджесс и Блант были членами «Апостолов», студенческого общества, для которого характерны марксистские интеллектуальные спекуляции и гомосексуальная активность. Но, как ясно дает понять Серов, Ротшильд — ‘попутчик’ не находился под советским контролем. Скорее, подразумевается, что он преследовал совершенно иную цель – создание еврейского государства, семейную мечту, осуществленную после Второй мировой войны. Роль Ротшильдов в основании Израиля неоспорима; Декларация Бальфура 1917 года была во многом обусловлена энергией дяди юного Виктора, лорда Уолтера Ротшильда. Тайная дипломатия, двурушничество, использование шпионов и даже терроризм — все это было неотъемлемой частью драмы. А теперь откровение Серова наводит на мысль, что к концу 1940-х годов Советский Союз изжил себя в глазах легендарной финансовой династии.
Сталин был одним из первых, кто поддержал молодое государство Израиль; в конце концов, политический спектр нового национального государства был сильно социалистическим, и значительная часть его иммигрантов была выходцами из Восточного блока. Вооружения из Советского Союза и Чехословакии помогли склонить чашу весов в пользу сионизма во время войны Израиля за независимость, которую палестинские арабы с гораздо меньшим энтузиазмом назвали an Naqbah, “Катастрофой”. Во время образования Израиля Кремль верил, что поселенцы–ашкенази, беженцы и эмигранты, некоторые из которых сражались в составе Красной Армии или бок о бок с ней против нацистской Германии, нанесут удар западному империализму на Ближнем Востоке. Как указывает запись Серова, Ротшильд и Кембриджская сеть помогли проинформировать советское руководство и, возможно, еще больше подорвать ослабевающую хватку Великобритании в отношении Палестинского мандата.
Советские надежды на красную цитадель в Леванте, однако, быстро испарились. Сталин твердо руководил международным коммунизмом, но сионистское движение оказалось далеко за пределами его досягаемости. События, начиная с убийства в 1948 году драматурга и председателя еврейского антифашистского комитета Соломона Михоэлса в Минске и заканчивая заговором врачей, показывают, что “Отец всех народов” не смог взять сионизм под свой контроль. Послевоенная чистка видных евреев в Советском Союзе соответствовала стандартной практике Сталина по устранению любых предполагаемых потенциальных угроз его правлению.
В то время как премьер-министр Давид Бен-Гурион первоначально проводил политику баланса между Востоком и Западом, он пришел, чтобы направить свою страну в сторону Атлантического альянса – Израилю нужен был надежный покровитель из великой державы с богатой и влиятельной еврейской диаспорой, и Соединенные Штаты соответствовали всем требованиям. Менее чем через поколение существования Израиля, при администрации Джонсона, Вашингтон и Тель-Авив закрепили обширное сотрудничество в области безопасности (читай: миллиардные контракты на поставку оружия и экономическую помощь), которое продолжается по сей день.
Советы будут противодействовать движению Израиля на запад, поддерживая не только обездоленных палестинцев, но и светские арабские государства в регионе, такие как Сирия, Египет и, в конечном итоге, Ирак. В контексте холодной войны для Израиля имело смысл организовать обмен разведданными с западными державами, особенно с Соединенными Штатами. Ответственным за отношения ЦРУ с Израилем на протяжении первой половины американо-советской борьбы был шеф контрразведки Компании Джеймс Хесус Энглтон, который оказался давним собутыльником и дублером не кого иного, как Кима Филби.
Распад Кембриджской пятерки, начавшийся с бегства Гая Берджесса и Дональда Маклина в Москву в 1951 году, примерно совпал с постепенной, но неуклонной интеграцией Израиля в западный лагерь. Работая в Вашингтоне в качестве связного МИ-6, Филби знал из недавно расшифрованных перехватов “Веноны”, что карьера Маклина как советского агента (кодовое имя «Гомер») подходит к концу. Он послал распутного Берджесса, который также служил в британском посольстве и жил в то время в его доме, предупредить Маклина и облегчить его побег. Как оказалось, оба школьных товарища по Кембриджу исчезли за Железным занавесом, оставив Филби под темным облаком подозрений и вынудив его уйти в отставку. Мастер-шпион вел себя хладнокровно, залег на дно и в конце концов пробрался в Бейрут пять лет спустя в качестве агента МИ-6 под журналистским прикрытием (дополнительно восстановив контакт с КГБ).
Окончательное разоблачение Филби в Бейруте зимой 1962-63 годов стало результатом действий Ротшильдов, факт, который большинство источников пропускают без критического анализа. В то время как Анатолию Голицыну, майору КГБ, перешедшему на сторону ЦРУ в 1961 году, в народе приписывают подтверждение личности Филби как советского агента, именно Виктор Ротшильд решил его судьбу. Предполагаемой причиной разоблачения легендарного «крота» было его неблагоприятное отношение к Израилю, изложенное на страницах The Observer и The Economist. Флора Соломон, ярая сионистка, которую Филби безуспешно пытался завербовать в 1930-х годах, пришла в ярость от его проарабского, антиизраильского журналистского уклона и решила раскрыть то, что знала десятилетиями. Соломон, чей сын основал Amnesty International, сообщил о Филби высокопоставленной фигуре в британском истеблишменте безопасности: лорду Виктору Ротшильду.
Виктор Ротшильд, член палаты лордов
Если дневник Серова подлинный, то Ротшильд не был бы заинтересован в том, чтобы Филби доставили обратно в Олд-Бейли, чтобы он предстал перед судом, рискуя собственным разоблачением. Гораздо лучше, если самую яркую звезду Кембриджской пятерки увезут в Москву, чем разглашать секреты высокой преступности в истеблишменте. Когда МИ- 6 собиралась сблизиться с группой офицеров, возглавляемой старым другом Николасом Эллиотом, Филби получил предупреждение. Энтони Блант, дни которого в шпионаже в значительной степени остались позади и который теперь устроился инспектором королевских картин, отправился в Бейрут под предлогом ботанической экскурсии в декабре 1962 года, всего за несколько недель до побега Филби. Режиссер-документалист Джордж Кэри отмечает, что он якобы искал орхидею-лягушку, цветок, который в диком виде растет в Англии, но нигде не встречается в Ливане. Так кто же послал Бланта, лондонская резидентура КГБ или его давний соратник Виктор Ротшильд?
Московскому центру не понадобилось бы посылать Энтони Бланта в Бейрут, чтобы предупредить его старого школьного друга о надвигающейся опасности. Филби уже был в контакте со своим непосредственным куратором, неким Петуховым, работавшим неподалеку под советским дипломатическим прикрытием, и Юрием Модиным, его давним сотрудником по контролю. Модин фактически предупредил его о дезертирстве Голицына летом 1962 года, проинструктировав его “не возвращаться в Великобританию из-за опасности ареста и составить планы на случай непредвиденных обстоятельств для его побега”.Сам Модин считал, что из-за своей кажущейся некомпетентности МИ-6 “активно поощряла его ускользнуть”.Самые влиятельные элементы британского правящего класса, олицетворяемые Виктором Ротшильдом, хотели, чтобы Филби был в безопасности и молчал за Железным занавесом, чтобы высшие органы власти могли защитить его. -предательство элиты на уровне элиты останется скрытым от посторонних глаз.
При жизни лорд Виктор Ротшильд угрожал подать в суд на любого, кто заявит, что он работал на советскую разведку. Вряд ли он поверил бы, что однажды, поднявшись из могилы, бывший шеф КГБ разоблачит его как шпиона.
МАРК ХАКАРД
