Что делать с Украиной и украинцами
Обострение политических противоречий между Польшей и Украиной, исторической вражды между поляками и украинцами и одновременно политическое сближение режима Зеленского и режима Дуды, а также явные недопонимания и искажения, которые я наблюдаю в обсуждении темы взаимоотношений по векторам Украина – Польша, Польша – Россия и Россия – Украина, побуждает сказать несколько слов на эту тему
1. Польша всегда хотела обладать частью тех земель, которые на момент разрушения СССР составляли Украинскую ССР. Западные украинские земли поляки считают исконно своими, но готовы были бы взять и больше, но не много больше — соразмеряют свои силы. Вторым важнейшим побудительным мотивом их восточной политики является вражда по отношению к России и русским. Снизить градус этой вражды и частично преодолеть её удалось только при социалистическом строе, в рамках единого военно-политического (Варшавский договор) и экономического пространства (СЭВ). Урегулирование нынешнего украинского кризиса к взаимному удовлетворению наших и польских интересов способствовало бы снижению уровня враждебности Польши к России.
Может быть, нам нужно взять установку на уничтожение враждебного России польского государства, на его новый раздел с Германией? История, однако, учит, что вариант уничтожения самостоятельного польского государства, к которому прибегла Россия при Романовых, себя не оправдал. Даже если бы Российская Империя в 1917 году сохранилась, даже если бы союзники по «Антанте» позволили ей принять участие в дележе Европы в соответствии с её пожеланиями, независимое польское государство всё равно было бы воссоздано и было бы не менее враждебным России буржуазно-монархической или буржуазно-«демократической», чем оно было враждебно России советской. Воссоздание Польши в XX веке — важный урок тем, кто сегодня настаивает на уничтожении украинского государства.
Антисоветский вектор обработки населения, к которому польское правительство прибегло на отторгнутых от России-СССР в 1921 году землях Западной Белоруссии и Западной Украины, как показали события 1940 года, не сработал. В свою очередь, классовая ненависть к польским панам – сработала. Солидарность в борьбе с эксплуататорами и за справедливое общественное устройство способно перебороть национальную вражду. Но только тогда, когда эта борьба не просто провозглашается, а реально ведётся.
2. Поляки, как уже сказал, давно подбираются к тому, чтобы взять себе часть западно-украинских земель. Генеральной линией этого плана является создание конфедерации Польши и современного украинского государства; соответствующее законодательство уже вводится. Этот план начал осуществляться до начала СВО. Думаю, что, спровоцировав украинцев и нас на начало прямого военного столкновения, англичане осложнили полякам условия его осуществления.
Проблема для Варшавы сегодня заключается в том, что она не понимает, насколько далеко Москва готова продвинуться по территории бывшей УССР. Одно дело, возьмёт Киев и остановится на линии Днепра, другое – на линии «Житомир – Винница – Одесса», третье – на линии «Ровно – Тернополь – Черновцы». Все эти линии имеют своё историческое обоснование, и адекватные польские политики и тем более граждане, которых немало, это понимают. Как понимают они и то, что в условиях отсутствия СССР Украина не имеет исторических оснований для существования в границах Украинской ССР.
Отсутствие с нашей стороны ясного сигнала по поводу того, какими мы видим будущие границы, мешает не только полякам, но и венграм и румынам. Проживающие на Украине венгры и румыны тоже, как и русские, имеют право на самоопределение, на воссоединение со своей исторической родиной. В наших интересах помочь им осуществить это право.
3. Пришло время затронуть явление украинства. Украинское самосознание стало формироваться, как известно, в середине XIX века, во многом – искусственно, в многом – с враждебными России и русским целями, это так, но ведь не только с этими целями. Напомню, что украинский язык был признан самостоятельным языком ещё имперской Академией наук, а Пушкин учит нас синонимичности понятий «язык» и «народ» («И назовет меня всяк сущий в ней язык, и гордый внук славян, и финн, и…»). Да и в реальной российской жизни начала XX века уже существовали и украинская литература, и фольклор, и песенное творчество, и — украинская политика, что и подтвердили события 1916 – 1921 годов.
Самоопределение народов стало одним из основополагающих политических явлений XX века. Большевики это поняли и гениально использовали – от Китая через Индию до Африки. Симпатии боровшихся за своё самоопределение народов, их реальная помощь в борьбе с нацизмом, японской военщиной и империализмом стали для СССР неоценимым подспорьем в его собственной борьбе за выживание и развитие. Мы и сегодня пользуемся этими симпатиями. Странно было бы предполагать, что, неся освобождение другим, Россия попыталась бы в 1922 году и далее «прижать» уже вкусившие свободы народы внутри самой себя. Большевики, однако, нашли инструмент управления этим стремлением на благо восстановления и сохранения единой страны. Не их вина, что те, кто называл себя коммунистами в 1970-е и 1980-е, на деле не будучи ими, не доросли до такой высокой политики.
Период совместной жизни русских и украинцев в Советском Союзе (это касается и других народов, но сейчас не о них) был более чем плодотворным. Сейчас много говорится о «перегибах» политики «украинизации», но факт остаётся фактом: по итогам 1920-х и 1930-х годов в Великой Отечественной войне плечом к плечу с русскими против нацистов героически сражались 7 миллионов украинцев, более 2 тысяч из них стали Героями Советского Союза. По итогам последних 30 лет политики России в отношении Украины мы имеем многие миллионы украинцев и русских Украины, которые стали нацистами и воюют плечом к плечу с европейскими нацистами против нас.
Победа 1945 года подтвердила силу ленинско-сталинской национальной политики, и послевоенное руководство СССР не посчитало нужным что-то в ней менять. Мирные достижения многонационального СССР были и остаются потрясающими. Украина, в которой сегодня отказывают русским в их правах, находится в глубочайшем политическом и социально-экономическом кризисе. Но и Россия, в которой стали говорить, что украинцев не существует, а украинской национальное самосознание – это выдумка, развивается темпами, далёкими от темпов СССР; социально-экономические беды треплют большинство её граждан, особенно русских. И вот что интересно: русское самосознание подавляется или коверкается в нашей стране теми же, кто отказывает народу Украины в праве на его национальное самосознание.
4. Итак, как же всё-таки России стоило бы определиться относительно будущего Украины? На мой взгляд, интересам нашей страны отвечало бы разделить земли бывшей Украинской ССР на три части. Первая – земли, населённые преимущественно русскими; часть из них уже вошла в Россию, другая готова или готовиться к вхождению. Вторая – земли на западе, население которых преимущественно видит себя в составе Польши, Венгрии и Румынии, и самоопределению которых надо способствовать. Третья – собственно украинская Украина, которая получит право на независимое существование только после уничтожения Россией нацистского режима в Киеве и по завершении процесса денацификации, а также в силу переформатирования её политики в пророссийском духе (вхождение в Союзное государство, ЕАЭС, ОДКБ). Вариант включения этих земель в Россию не сработает: украинцы Украины будут стремиться к самоопределению, в нашей стране есть примеры такого самоопределения, но иметь внутри России украинское национальное образование весьма и весьма чревато, наше государство с этим не справится.
Большинство украинских нацистов должно быть уничтожено или выдавлено на территории, которые отойдут Польше, Венгрии и Румынии, или в Западную Европу. – пусть там сами с ними разбираются. По западной границе дружественного России украинского государства должны быть размещены российские войска (как, например, в Таджикистане).
Горячая фаза военных действий завершится только тогда, когда на линии соприкосновения не будет никого, кроме нас и натовцев. Когда в своих ударах по России США и их союзники не смогут прикрываться никем. Когда им не на кого будет их списывать. Когда они будут знать, что в случае таких ударов ответный удар соответствующей разрушительности будет нанесён по территории стран НАТО. Тогда наступит положение, похожее на то, которое сегодня существует на нашей границе с Латвией, Литвой и Эстонией, а мы и Запад вновь вернёмся к нормальной холодной войне.
На этот раз с учётом преобладающих в мире настроений мы сможем в ней победить. Надо только основательно пересобрать себя. Сумеем это сделать, так не только на судьбы Украины и Польши в правильном направлении повлияем, но и на судьбы Германии. Что-то типа дружественной СССР ГДР на немецкой земле нам совсем не помешало бы.
