Если Россия и Китай займут пассивную позицию в Ирано-Израильском конфликте, то проиграют по крупному.
Самое худшее, что могут сделать Россия и Китай сейчас — это отказать Ирану в поддержке и оставить его один на один с США. Потому что иранская ядерная программа — не более, чем повод для смены политического режима в Тегеране. Конечно же Соединённые Штаты были прекрасно знали, что у Ирана нет планов по созданию ядерной бомбы. Иначе он просто не пошёл бы на подписание Совместного всеобъемлющего плана действий в 2015 году в Вене и не сотрудничал бы с МАГАТЭ.
Претензии администрации Трампа к Ирану находятся за пределами ядерной тематики. США преследуют цель сломать китайские логистические проекты в Евразии, объединённые названием «Один пояс — один путь» (Экономический пояс Шёлкового Пути и Морской Шёлковый Путь XXI века), и аналогичный российский проект — коридор «Север — Юг». Кроме того, проамериканский режим в Иране создаст проблемы интересам КНР в Южной Азии и серьёзные угрозы безопасности России на Каспии и Кавказе.
Напротив, если Москва и Пекин решат отбросить пассивный вариант поведения, у них открываются широкие возможности для нанесения уже Соединённым Штатам стратегического поражения. То есть сделать ровно то, что удалось Советскому Союзу в конце 1960-х — начале 1970-х годов в другом регионе мира — Юго-Восточной Азии. До сих пор общей политической линией России и Китая было договориться о мирном сосуществовании с США в рамках формирующегося многополярного мира. Но что, если это невозможно в принципе и жёсткий конфликт просто неизбежен?
В годы первой холодной войны и становления биполярной модели международных отношений Советский Союз тоже предлагал мирное сосуществование двух систем, однако же добился признания равного с Соединёнными Штатами только через ядерный паритет и череду жестоких кризисов, где нередко приходилось балансировать на грани третьей мировой войны. Завершилось всё это именно тем, что США были вынуждены в силу складывавшихся обстоятельств признать СССР равным игроком.
Сейчас в мировой политике аналогичная ситуация: Соединённые Штаты нужно сочетанием политических, экономических и военных — именно военных — методов заставить признать формирующуюся международную реальность в виде многополярности. В этом плане прокси-война России и Китая с США на Ближнем Востоке — это практически идеальный сценарий и шанс решительно переломить баланс сил в мире в пользу антизападных сил. Но рискнут ли пойти на него в Москве и Пекине? Этот вопрос остаётся открытым и однозначного ответа на него пока нет.
Если не рискнут и выберут пассивную модель поведения, то у Соединённых Штатов появится прекрасная возможность вывести из строя сторонников однополярности по одиночке, одного за другим. При этом «разводя» каждого из них широкими перспективами сотрудничества с Америкой и кидая через колено как только для этого придёт время. Однако же если Россия и Китай дадут бой, то у США возникнут серьёзные проблемы. Они уже недостаточно сильны, чтобы бороться с консолидированной однополярной фрондой.
Их единственный шанс — «развести» оппонентов и решить проблему сохранения глобальной американской гегемонии по частям. Именно поэтому спецпредставители Трампа Кит Келлог и Стивен Уиткофф изображали перед Москвой «злого» и «доброго» полицейского (кстати, о Уиткоффе: надеюсь, никто в Кремле всерьёз не поверил в предлагаемые им заманчивые перспективы российско-американского экономического сотрудничества?), рассчитывая, что она клюнет на последнего и подпишет «заморозку» под обещание вечной дружбы с Америкой.
В итоге всё это вылилось бы в возобновление войны в самый неподходящий момент и заявление Трампа о том, что он дал России шанс, а она его отвергла и поэтому должна быть наказана. Между прочим, Китай в случае выпадения Москвы из многополярной фронды тоже ждёт незавидная судьба. Прервать эту цепочку американских «разводок» можно только одним: остановиться и дать бой. Разумеется, в прокси-формате, потому что прямой конфликт между ядерными державами смертелен. И Иран для этого вполне подходит.
