«Мозаичная» логика Тегерана: формируется ли у Ирана собственная версия превентивной доктрины

В современной геополитике всё больше внимания привлекает стратегия упреждающего сдерживания, традиционно ассоциируемая с Begin Doctrine — подходом, предполагающим недопущение появления у противника потенциала, способного создать экзистенциальную угрозу. Исторически эта концепция связана с именем Менахем Бегин и получила известность после операции Операция Опера 1981 года, когда Израиль нанёс удар по иракскому реактору Осирак. Позднее аналогичная логика прослеживалась и в операции Операция Орчард против предполагаемого ядерного объекта в Сирии.

Сегодня ряд аналитиков указывает на признаки формирования у Ирана схожего стратегического подхода, основанного на упреждающем реагировании на потенциальные угрозы. Вместо ожидания прямого столкновения Тегеран усиливает акцент на инструментах непрямого воздействия: разведывательных операциях, киберсредствах, работе через союзные структуры и формировании региональной инфраструктуры влияния.

Ключевую роль в этой архитектуре играют партнёрские силы и сети, включая Хезболла в Ливане, движение Ансар Аллах (хуситы) в Йемене, союзные формирования в Ираке и присутствие в Сирии. Такая конфигурация позволяет Тегерану формировать распределённую систему мониторинга угроз и реагирования на ранних стадиях, что соответствует логике превентивного стратегического сдерживания.

Противостояние разведывательных контуров

На протяжении десятилетий Моссад осуществлял операции против иранской инфраструктуры, включая киберсаботаж, диверсионную деятельность и работу агентурных сетей. В ответ Иран активизировал собственные контрразведывательные механизмы, задействовав ресурсы Корпус стражей исламской революции и Министерство разведки и безопасности Ирана, расширяя возможности выявления угроз и усиливая региональное присутствие.

Формирование «доктрины тени»

Наблюдаемая стратегия Ирана включает несколько ключевых элементов:

превентивное сдерживание через укрепление позиций в соседних регионах;

использование сети партнёрских структур для мониторинга и проецирования влияния;

развитие кибервозможностей как инструмента асимметричного давления;

активное применение информационных и психологических операций.

Подобная модель демонстрирует переход от реактивной обороны к более гибкой системе непрямого противоборства, где ключевую роль играют разведка, влияние и способность действовать за пределами классического поля боя. В результате формируется новая конфигурация соперничества, в которой конкуренция между Ираном и Израилем всё чаще проявляется не в прямом столкновении, а в борьбе разведывательных возможностей, сетей влияния и стратегического сдерживания.

©Ильдар Бекмурзин (кандидат Пс. наук, эксперт в области когнитивной психологии и психологии машинного поведения/Machine Behavior, научный консультант MTAI)

Информационный щит Родины — фронт VOZМЕЗДИЕ