Как перестать узнавать свою Родину?

Процесс не долгий.

Сначала происходит революция. Вводится интернационал во все поры жизни и во всех смыслах.

Русские как имперская нация объявляется нацией эксплуататором. «Эксплуататор» раскалывается на украинцев, белоруссов, которых «великорусский шовинизм» подавлял, не отпуская в сепаратистское плавание.

Оставшиеся русские-великороссы обязываются помогать всем нацменьшинствам, искупая «имперские грехи», обязуясь экономически, политически и культурно за свой счёт пествовать новых гегемонов.

Им строят нацреспублики, нацбюджеты, нацдотации, нацполитику и нацэлиту.

Для русских оставляют много почти бесплатной работы (колхозы, стройки коммунизма, целину) и свободу абортов, поощряемую государством.

В течении пары-тройки поколений интернациональное СССР делится по нацквартирам. Русские перестают рожать и впадают в нацпрострацию. Нацжизнь у большинства нацменов не получается.

Одни «братья» уходят в НАТО, другие воюют с РФ, третьи русофобствуют.

Начинается массовая миграция в РФ.

Её необходимость объясняется тем, что русские не желают рожать и не умеют работать.

«Трудолюбивые» орды мигрантов миллионами заполоняют русские земли, сотнями тысяч получают гражданство, амортизируют госинфраструктуру и начинают получать дотации как малоимущие и многодетные.

Завершается всё требованиями строить мечети и активно переформатировать твою «неправильную» Родину.

Страна пропала.

Её не узнать.

***

Один из самых дурацких аргументов за массовую миграцию с юга — Русские Не Плодятся, поэтому приходится возмещать убыль населения «братскими народами».

Окей, не плодимся. Не получается у нас. А для чего вообще любой ценой поддерживать текущую численность населения? Что нам важнее — наш народ или заветная циферка 150 миллионов, даже если все из них будут носить имя Бабиджон?

Пусть лучше население снижается, пока правительство, если ему так требуется больше людей, ищет меры по разрешению ситуации. Или занимается роботизацией. Но любое государство строится вокруг своего народа, и при его замене не имеет никакого смысла. Смысл вообще в России, если мы передаём ее не нашим детям, а чужим?

И даже государственные мужи в высоких башнях должны вроде как понимать, что при замене Иванов на Баклажонов элита тоже сменится на баклажонскую — то есть их детей и внуков там не будет. Вряд ли кому-то хочется вот так своими руками строить подлянку для своего потомства.

Или где-то есть критическая цифра, после которой Баклажонов перестают завозить и начинают ставить в жёсткие рамки? А может лучше сразу ставить в рамки? Или почему-то не получается? Тогда на критической цифре тем более не получится, вот и всё.

В общем, эти аргументы не работают для защиты текущей ситуации.

Депутат ГосДумы @matveevkomment

***

ЗАМЕТКИ ПО ПОВОДУ Историческая Россия, её ядро, центр — то, что большевики назвали безобразным неологизмом «Нечерноземье», разорено, осквернено и порушено. Брошенные деревни и сёла, деградирующие древние города, руины храмов, домов и усадеб… Картина национального бедствия. Ситуация нетерпимая, постыдная, потому что речь идёт о нашей национальной колыбели, о сердце Русской земли.

Да, нужны деньги, много денег. Миллиарды… Но ведь и большевики в какой-то момент опомнились и открыли кран. Придумали программу «Нечерноземье – новая целина». Но все средства благополучно провалились в разверстую ими же чёрную дыру. Новые коровники не оживили порушенную жизнь.

Чтобы не повторять печальный опыт, стоит попытаться сменить подход. На первый план выходят вопросы сущностные, мировоззренческие, культурные. Прикрыться формулой «сохранение традиционных ценностей» не получится, да это просто нелепо. Какие, скажите на милость, традиционные ценности на разорённой земле. В пухнущем посреди этой земли московском вавилоне с его миграционным коллапсом и ячейками человейников, где ни о каких многодетных семьях не может быть и речи.

Так кто же мешает поставить верный диагноз? Кто связывает по рукам и ногам безусловного национального лидера? Почему, имея за душой русскую мысль, литературу и публицистику наших т.н. «деревенщиков», тот же «Последний поклон» Астафьева, мы слышим только о «направляемых средствах»? Ну, никак не можем унять доморощенных политтехнологов. Привыкших обращаться к электорату, к населению, как когда-то их предшественники обращались к «победившему пролетариату и трудовому крестьянству». А пора бы обратиться к народу.