Может ли война за нефть превратиться в войну за воду глобальное будущее

Причины иранской войны напрямую связаны с борьбой за нефть на глобальном уровне. Хотя Трамп и заявил вчера без обиняков, что «всегда будет служить еврейскому народу», но он, как известно, много чего болтает и свой ресурс доверия публично высказанным словам главы сильнейшего государства мира, почти обнулил.

В сложившейся ситуации на Ближнем Востоке изначально дело не столько в Израиле, сколько в нефти. Точнее, сама роль Израиля как плацдарма Запада на Востоке в мировой политике связана именно с нефтью (и транзитом через Суэц). Не было бы её, другой была бы политика Израиля (и его самого, видимо, не было бы).

Начавшаяся война за Иран это, на первый взгляд — финальная война Запада и уходящего индустриального общества за контроль над углеводородами. Против Китая и Индии, всей Азии, бросившей вызов Америке. Готовящихся покинуть индустриальность и зависимость — и от нефти, и от Запада. Но — не прямо сейчас и в этом срочность происходящего, попытка «сбить Восток на взлете».

Но её главная особенность в другом — в том, что внутри этой «осевой войны» должен произойти и уже происходит коренной разворот по этой оси на совсем другую смысловую «разметку» и другую мировую борьбу. И первым признаком такого разворота является «неожиданное» начавшееся «самоубийственное» уничтожение нефтянки Ближнего Востока. То есть с «тяжелой руки» Трампа под флагом захвата нефти Ближнего Востока идет на самом деле её уничтожение. Угроза разрушительной войны тут раньше останавливала США, но после сланцевой революции, наоборот, толкает США к срочному уничтожению конкурента и возвращению к устойчиво высоким ценам на нефть в мире (пока в нём не воцарилась зеленая экономика).

Однако костяшки домино на этом падать не перестанут. Уничтожение нефтянки на Ближнем Востоке влечет за собой тотальную инфраструктурную войну и уничтожение опреснения. Катар получает почти 100% питьевой воды опреснением, Кувейт и Бахрейн — 90%, Оман — 86%. Саудовская Аравия — 70%, ОАЭ и Израиль — 42%. У Ирана тоже проблемы с водой, особенно в Тегеране. В южных районах 30% пресной воды получают из опреснительных установок. Но это для персов не так страшно как для арабов. И — для самих евреев, которые «зачем-то» первые атаковали опреснительную установку на иранском острове Кешм (израильские СМИ переводят стрелки на ОАЭ). И вот уже Иран атаковал опреснительный объект в Бахрейне. В воронку эскалации проваливается весь Ближний Восток. На место прокси-войны приходит тотальная война — на выживание, вот только кого с кем и за что?

Попытка Западного Левиафана разжечь на Востоке жесткий межнационал — всех со всеми, а главное — арабов с персами (всех с персами), дабы осуществить раздел Ирана и т.п. столкнется с возжиганием другой, религиозной войны — джихада против Запада и Израиля. Ядром которого станет мощный постшиитский, персидский исламизм, который куется убийствами религиозных лидеров и детей в Иране, Ливане и Палестине. Куда более радикальный и жертвенный, оправданный историей и современностью, нежели предыдущий арабский.

И тогда это будет уже не просто война за воду жизни на Ближнем Востоке — это будет мировой джихад под новыми флагами, новыми смыслами сетевой информационной эпохи, которая охватит весь исламский мир, всю планету. Окончательному пробуждению, подъему политического ислама не хватало «горячего ядра» нужной критической массы. Сейчас оно как раз и куется Большой воздушной иранской войной.

И выбивая старую управленческую элиту Ирана, США и их союзники расчищают сейчас место не для коллаборационистов, а для вертикального подъема новой, молодой, самой радикальной исламистской «шпаны», которая начнет стирать с лица земли старый мир — по всему этому миру. И тогда США будет уже не до Китая. Не говоря уже о туманном будущем Израиля.

Посеявший ветер — пожнет бурю…