Последние новости вокруг переговоров по Украине 27.11.2025

Для понимания психологии и поведенческих стереотипов современных укронацистов, стоит обратить пристальное внимание на их гитлеровских предшественников. Сразу бросятся в глаза любопытные аналогии и совпадения. Полное ощущение, что чья-то невидимая рука собирает нацистские гадючники по единому образу и подобию.

1945 год. Рейх бьётся в агонии. Идут бои за Берлин. Военная промышленность наполовину уничтожена англо-американской авиацией, нефтяные промыслы в Румынии потеряны, пенсионеры и подростки из “фольксштурма” со старыми винтовками не в состоянии остановить советские войска. Никаких массовых демонстраций протеста. Никакого серьезного антифашистского сопротивления. Даже за минуты до своего падения режим Гитлера имел поддержку 90% жителей Германии.
Наблюдение первое: вера в чудодейственный ЗАПАД.
“Лидерам НСДАП казалось смехотворным, что большевики возьмут Берлин, – отмечает в своей книге “Конец Германии Гитлера” британский историк Иэн Кершоу. – Они исступлённо считали – Запад такого не допустит”.
Наблюдение второе: «Мы только защищаемся! и «Мы-жертва!»
Идея оборонительной войны в коллективном сознании немцев являлась конструктом нацистских идеологов, созданным с целью успокоения совести «народного сообщества». Немцы на протяжении всей войны представляли себя жертвами заговора англосаксов, союзников, евреев, «большевистских варваров».
Наблюдение третье: пугалки – «они придут и вас съедят»!
Геббельсовская пропаганда, используя образы «большевистских чудовищ» и «орд с Востока», раскручивала маховик страха перед приближающимися войсками Красной армии. Одним из знаковых пропагандистских образов стал Неммерсдорф – населенный пункт в Пруссии, где советские солдаты якобы с особой жестокостью совершили массовые убийства местных жителей. (Старгардт уделяет отдельное внимание созданию нацистами этого мифа. Да-да – та самая «Буча»…)
В результате в последние месяцы войны, возможно как никогда ранее, «народное сообщество» оказалось объято не только патриотическим порывом по спасению страны, но и ужасом. И последнего в ощущениях рядовых немцев было все же больше.
Наблюдение четвёртое: соучастие населения в преступлениях режима.
Ещё один историк, Гетц Али в книге «Народное государство Гитлера: грабеж, расовая война и национальный социализм» (к сожалению, пока не переведена на русский язык) убедительно доказал, что нацистский террор и холокост имели вполне рациональные, утилитарные причины.
Основные ресурсы воюющая Германия получала за счет завоевания и ограбления оккупированных стран, «неполноценных рас» и принудительного труда. Гитлер превратил германское государство в машину ограбления, а немцев – в бездумную орду получателей награбленного. Этот аспект часто упускают из виду. Но это недостающее звено многое объясняет. Далеко не все немцы, включая тех, кто был нацистом, получали свою долю от разбойничьих походов вермахта и от преступлений СС. Однако! И это очень важно – большая часть населения Германии соглашалась быть лояльной ТОЛЬКО ЗА ОБЕЩАНИЕ поделиться награбленным в будущем. То есть немцы не только соглашались с убийствами, сами охотно убивали, но и умирали за «гектар земли под Саратовым и пять русских рабов в скором будущем». Вот почему режим чудовищных массовых преступлений был в то же время и режимом огромной популярности. Этим же объясняется и отсутствие сколько-нибудь эффективного внутреннего сопротивления, равно как и последующего чувства вины.
В Германии все самые страшные преступления делались руками частных лиц и бизнеса при поддержке абсолютного большинства населения…
А теперь оцените, как совпадает психология гитлеровской Германии с психиатрией гражданского общества современного укрорейха:
Укрорейх слеплен по этим же лекалам, использует те же психологические конструкты, отточенные за послевоенные годы до совершенства.
Для погружения народа в коричневую пучину нацизма, существует простая, убойная двухходовка:
1. Объявить часть населения страны привилегированной, относящейся к избранным «юберменьшам», стоящим над законом и вне моральных и нравственных ограничений.
2. Сделать объявленную часть населения соучастником преступлений против остальных «унтерменьшей».
Именно этот политтехнологических приём был исполнен сначала в Прибалтике, а потом на Украине, с последующими дополнениями – строго по методикам Гиммлера и Геббельса. Тут тебе и вера в чудодейственный Запад, и позиция жертвы, и запугивание населения «русскими варварами», и участие «истинных арийцев в преступлениях», от которых никогда ни при каких условиях не отмоешься.
Поэтому укровермахт будет сражаться до последнего. Они великие, но им страшно. Они бояться возмездия, они надеются, что Запад вот-вот явится и поможет с окончательным решением русского вопроса, они замазаны в крови и мародерстве. Из такого капкана не выскочишь.
Единственно, в чем опровергли укронацисты классиков – в том, что история повторяется один раз как трагедия, а второй – как фарс. Нацистские эксперименты всегда будут повторяться, как бедствие для окружающих и катастрофа для участвующих. За право назвать себя привилегированной нацией, сатана всегда будет брать плату слезами и кровью.

Сергей Васильев.

У Них особенная стать — Им говорить, нам в это верить (:-)

Как всегда, глубокий и точный анализ ситуации сделал Олег Царев!!! Не достает только более ясного учета духовно-религиозных факторов. А ведь по сути идет религиозная война! Битва Добра и Зла! Все остальное хотя и важно, однако вторично по стратегическим последствиям для всего человечества и, конечно, для Русского мира…