СВО запустила в нашем обществе очень важные процессы.
По сути, Спецоперация, как и любой крупный военный конфликт — системный краш-тест нашего государства, общества и народа.
Спецоперация четко показала, кто нам друг, а кто нам враг во внутреннем и внешнем контуре.
Практически все наши прозападные либералы и им сочувствующие оказались предателями, породив феномены релокации и трансхохлизма, где их ненависть к русским и России пересилила их жадность. Многие системные либералы отказались от высокого уровня жизни, государственных наград и денег в России, лишь бы гадить нам из-за бугра на стороне Украины и Европы.
Выяснилось вдруг, что получившие паспорта и соцпособия в России новороссияне из Средней Азии и Закавказья, не стремятся воевать за новую Родину даже за большие деньги, а при получении повестки резко свинчивают домой.
Закормленные русским деньгами и преференциями среднеазиатские лимитрофы ведут многовекторную политику и не стремятся помочь России в рамках ОДКБ.
А реальным союзником внезапно оказалась КНДР, которой Россия не строила парки развлечений, школы и студенческие кампусы, как неблагодарным постсовестским «союзничкам».
Диаспоралы внутри России в массе себя проявляют такой же пятой колонной, как либералы. А бородатые тиктокеры умеют воевать только в тиктоке, регулярно попадая в пробки, когда их присутствие нужно в реальном бою.
СВО четко показала, какие отрасли и сферы в России являются слабым местом, а какие выдерживают накал санкционной и мятеж-войны Запада против России.
Как и в Великую Отечественную мы зашли в СВО армией мирного времени, приготовленной к локальным конфликтам типа сирийского или иракского, а в итоге пересобрали совершенно новую армию, приспособленную для БПЛА-сражений последнего поколения.
Русское гражданское общество и наш народ в целом краш-тест прошли. Мирные граждане пошли защищать Родину, став матерыми воинами. В России появились мощные русские организации, помогающие силовикам поддерживать правопорядок и тянущие лямку волонтерской работы для соратников на фронте.
Русские блогеры в Телеграме вытянули лямку информвойны пока госуха была в прострации на фоне фейков и системной работы противника.
Среди нормальных людей наблюдается подъем русского патриотизма и интереса к Православию. Государство также начинает с этим считаться.
Государство краш-тест тоже проходит во многом достойно. Де факто мы впервые воюем фактически без союзников, кроме КНДР и Белоруссии. Против нас весь Запад, коварный Китай поставляет БПЛА и нам, и украинцам и выкручивает нам руки, чтобы получать нефтегаз по бросовым ценам. Постсоветские лимитрофы занимают позиции от откровенно антироссийской, как Прибалтика, до многовекторной, как Закавказье и Средняя Азия.
Но наше государство не рухнуло, а во много стало перестраиваться из нефтегазовой корпорации в суверенное национальное государство. Однако в элитных группах до сих пор есть люди, кому не нужна Победа России и русский правый поворот. Многое замкнуто на конкретных личностей. Пока одни губернаторы ограничивают аборты с миграцией и решают конкретные проблемы граждан, другие хотят поставить в русском регионе памятник Чингисхану или будоражат общество предложением выходного дня на Курбан-Байрам.
Пока одни технологичные компании реально преуспевают в импортозамещении, другие просто переклеивают свои этикетки на китайский импорт.
СВО, как лакмус, проявила слабые места нашего общества и государства, выявила, кто реальный патриот, а кто враг народа или простой попутчик.
Теперь наша Победа полностью зависит от того, насколько быстро мы все вместе, общество и государство, сможем пофиксить те баги, которые выявила спецоперация.
И да, невозможно выиграть войны, сражаясь ради мира или перемирия, когда твой враг хочет тебя уничтожить. Победить можно лишь сражаясь ради Победы, добиваясь ее всеми доступными способами!
И помните, никого у нас с вами нет, кроме нас самих. И Господа Бога, чей лик снова сияет на стягах и шевронах Русской Армии.
Сыны Монархии/Роман Антоновский
На мой взгляд, автор справедливо заметил, что война действует как лакмусовая бумага, выявляя скрытые слабости государства, элит и общества. Однако проблема заключается в том, что он остановил анализ на уровне моральных оценок: патриот, предатель, враг, союзник.
Гораздо важнее другой вопрос: почему те или иные группы людей повели себя именно так? Люди не становятся внезапно патриотами или предателями. Их установки являются результатом многолетних культурных, экономических, образовательных и информационных процессов. Если часть элит оказалась связана с Западом, то это потому, что подобные связи выстраивались десятилетиями и даже веками. Если часть мигрантов не отождествляет себя с государством, то причина в том, что так и не была сформирована подлинная общность целей и ответственности.
Война не создаёт эти явления. Она лишь срывает покров и показывает процессы, которые развивались задолго до неё. Поэтому более важным вопросом является не то, кто оказался патриотом, а кто предателем, а какие механизмы привели общество к такому состоянию и какие уроки можно извлечь из этого на будущее.
Более того, те же самые механизмы продолжают формировать русских, поляков и шире — большинство славянских народов. Уже десятилетиями мы существуем в поле влияния моделей, ценностей и нарративов, пришедших с Запада. Речь не о том, чтобы осуждать или идеализировать Запад. Речь о том, чтобы честно спросить себя: мы сами управляем своим развитием или лишь реагируем на импульсы, приходящие извне?
Я не знаю, живём ли мы в состоянии исторического наваждения, но у меня складывается впечатление, что для многих людей так называемый Запад стал не просто точкой отсчёта, а фактически источником смысла существования. Успех, современность, прогресс, престиж и даже представления о добре и зле часто оцениваются через степень соответствия западным образцам. В такой ситуации трудно говорить о подлинном суверенитете сознания, независимо от того, идёт ли речь о России, Польше или других странах региона.
Без понимания этих процессов любая военная, политическая или экономическая победа может оказаться лишь отсрочкой проблем, поскольку источники поведения останутся неизменными. Именно они, а не патриотические декларации, определяют долгосрочное направление развития обществ.
По сути, ответственность за последствия этих механизмов должны нести старшие поколения. Именно они запускали и поддерживали многие из этих процессов, а теперь отправляют на войну двадцатилетних, которые не принимали участия в принятии тех решений, что привели к нынешнему положению дел. Более того, многих из них тогда ещё просто не было на свете.
Если рассуждать последовательно и справедливо, то именно шестидесятилетние и более старшие поколения должны были бы первыми идти на фронт и защищать то общественное устройство, политическую систему и миропорядок, которые они сами создавали на протяжении своей жизни.
Цитата «Если рассуждать последовательно и справедливо, то именно шестидесятилетние и более старшие поколения должны были бы первыми идти на фронт и защищать то общественное устройство, политическую систему и миропорядок, которые они сами создавали на протяжении своей жизни.»
К сожалению, вы недостаточно хорошо знаете историю России …
Загуглите всего лишь три мема, хорошо известных в 90-ых годах — периоде становления данного государства:
Вы ошибаетесь — это не они создавали текущее общественное устройство, политическую систему и миропорядок на протяжении своей жизни. Их просто в 90-ые годы сделали нищими и поставили перед выбором — работать за копейки и вырастить своих детей или сдохнуть. Вы может не в курсе , но многие от безнадёги сами влезали в петлю (а перед этим сами убивали своих детей — чтобы не мучились).
В общем, зря вы затронули эту тему — с удовольствием бы вас отматерил !
Я не отрицаю трагедию 90-х годов и страдания миллионов людей. Однако проблема заключается в том, что сочувствие очень часто действует только в одну сторону.
Я слышу аргумент, что люди старше шестидесяти лет были беспомощны, бедны, запуганы и боролись за выживание. Возможно, многие действительно так жили. Но почему это сочувствие не распространяется столь же сильно на их детей и внуков, которым сегодня приходится расплачиваться за последствия процессов, развивавшихся последние тридцать или сорок лет?
Элиты не действуют в вакууме. Любая власть существует благодаря определённому уровню общественного согласия, пассивности или молчаливого принятия. Разумеется, ответственность не одинакова. Министр несёт большую ответственность, чем рабочий, олигарх — большую, чем пенсионер. Но это не означает, что миллионы обычных людей полностью освобождаются от ответственности за направление, в котором движется их общество.
История полна примеров, когда целые общества десятилетиями терпели процессы, последствия которых затем обрушивались на следующие поколения.
Поэтому я остаюсь при своём мнении. Если мы говорим об ответственности за страну, то трудно назвать справедливой ситуацию, когда за решения, ошибки, упущения и общественные компромиссы нескольких поколений расплачиваются прежде всего двадцатилетние, которые не участвовали в их принятии и которых зачастую тогда ещё просто не было на свете.
Если мы готовы сочувствовать старшему поколению, которое десятилетиями формировало или, по крайней мере, принимало существующий порядок вещей, то тем более должны сочувствовать молодым людям, которые сегодня получают счёт за чужие решения.
Если бы в Великую Отечественную рассуждали так, что воевать должны шестидесятилетние, а молодые здесь не при чем, то где бы сейчас была Россия, Европа, да и Польша… (два моих родственника освобождали Польшу, один вернулся с фронта, а другой погиб в Германии — ему было 30 лет, мог бы жить и жить). У русских есть такое важное качество — когда приходит беда на родную землю, он идет ее защищать, потому что знает — тем самым защищает свою мать, своих детей, свою свободу и будущее. Даже капитализм 90-х не смог подавить это качество у русских, СВО это показало (отщепенцы, воспитанные на западных ценностях не в счет). Лучшие из лучших пошли воевать и до сих пор нас защищают.
Думаю, вы не совсем отвечаете на то, о чём я написал.
Я не утверждаю, что молодые люди не имеют отношения к защите своей страны. Я лишь говорю о проблеме межпоколенческой ответственности, о которой почти никто не хочет говорить.
Вы приводите в пример Великую Отечественную войну. Но в 1941 году большинство людей защищали свои собственные дома от реального вторжения. Речь шла о ситуации, когда враг стоял под Москвой, Ленинградом и Сталинградом. Это совершенно иной контекст, чем рассуждения о том, кто должен нести ответственность за политические, экономические и социальные процессы, развивавшиеся десятилетиями.
Вы пишете, что «на войну пошли лучшие из лучших». А я как раз задаю вопрос, который многих раздражает: почему так часто на войны идут лучшие, самые молодые и самые сильные, тогда как ошибки очень часто совершают совсем другие люди?
Я не отрицаю мужества солдат. Я не отрицаю жертву ваших родственников. Я лишь пытаюсь понять, почему человечество на протяжении тысячелетий организует свою жизнь таким образом, что последствия политических, идеологических и экономических решений старших поколений прежде всего несут те, кто не участвовал в их принятии.
Если на протяжении тридцати лет строилась определённая модель государства, экономики и международных отношений, то было бы честно хотя бы признать, что ответственность за её последствия лежит не только на плечах двадцатилетних.
Я уважаю людей, которые воюют. Но я ещё больше уважал бы мир, в котором старшие поколения способны сказать: «Это также наша ответственность», вместо того чтобы вновь отправлять своих сыновей и внуков исправлять ошибки, накапливавшиеся десятилетиями.
СВО — это наша ответственность, и мы ее с себя не снимаем.
Согласна с автором статьи, но общество надо воспитывать, все начинается с мозгов.
Те, кто нам шестидесятилетним и семидесятилетним устроил такую жуткую жизнь учились и воспитывались на Западе. В США, Британии, Франции и т.д. Не умеют они строить управление по другому. А самая большая неприятность в том, что и не хотят категорически.
В подавляющем большинстве мы не успели пожить и состоятся при Советах как нас загнали в капитализм, в который со своим уже сложившимся мировоззрением мы ни как не могли вписаться. Было так, что приходилось только выживать. Выжили ведь, детей вытянули и подняли. Наше поколение участвовало в боевых действиях в Афганистане и в др. горячих местах, в т.ч. в обеих Чеченских кампаниях. И не справедливо нас в чем то винить. У нас уже нет физических возможностей воевать, мы не в состоянии. Но делаем все возможное для СВО. А воюют теперь наши дети. У некоторых и внуки. У многих из нас они уже погибли. Может вовсе не в воспитании или образовании, а в том кто завербован Западом. Кого Запад купил, тот и станет работать на Запад, систематически и целенаправленно нанося вред и урон России, его народу.